Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Молот Пограничья»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Молот Пограничья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И сыскарь этот московский — как бельмо на глазу. Все ходит, вынюхивает…
— Опасный человек. И ненужный. — Константин покосился на дверь и чуть понизил голос. Будто опасался, что грозный граф Орлов стоит прямо там, в коридоре, и подслушивает. — Может, его… это?
— Эх… Молодые, горячие — вам бы все — «это». — Николай Платонович со вздохом откинулся на спинку кресла. — Нельзя. Тайная канцелярия — это тебе не абы кто. А если целый статский советник вдруг в Тайге пропадет, сюда их знаешь, сколько еще набежит?
— Да уж догадываюсь, — мрачно отозвался Константин. — Только делать-то что? Утереться и молчать?
— Ждать надо. И думать. Но вот тебе мое слово — я это так не оставлю. Может, ты у меня и тюря, но никакая сволочь с моим сыном так разговаривать не будет. — Николай Платонович сдвинул седые брови. — А если будет, то ему потом небо с овчинку покажется. Если надо, я и до графа доберусь. А Костров, считай, уже покойник.
— Вот так бы сразу! — Константин радостно оскалился. И тут же снова помрачнел. — А Борису Федоровичу мы что скажем? Барон его человек — может и спросить.
— С Годуновыми я сам разберусь. У них баронов этих на побегушках — не сосчитаешь, — отмахнулся Николай Платонович. — Если надо — нового пришлют.
— Ну, так пока ж не прислали. — Константин снова уселся в кресло. — А с экспедицией что делать? Там же Мамаев всем распоряжался, а наши…
Да уж, с работой вышло нехорошо. Барон, хоть и был человеком премерзким, дело свое знал. И держал в ежовых рукавицах и дружину, и даже вольников. Если донесения из-за реки не врали, без него там творился форменный бардак.
— Что делать… Дальше искать. — Николай Платонович на мгновение задумался — и вдруг улыбнулся — до того хорошей показалась собственная мысль. — Вот ты и займешься.
— Я⁈ — Константин разве что не подпрыгнул в кресле. — Отец, почему?..
— Да потому, — отрезал Николай Платонович. — Хватит тебе уже по Новгороду и Москве кататься и с девками шашни крутить. Пора уже набираться, чтобы никакая собака князя Зубова перед дружиной полоскать не смела!
Константин съежился и втянул голову в плечи. Похоже, перспектива отправиться в Тайгу за Неву и там невесть сколько времени торчать среди гридней и вольных искателей его не слишком-то радовала.
Но ничего, оно только на пользу пойдет. Двадцать лет уж скоро парню, тут жениться пора и дела семейные принимать. Князь — это ж не только у себя в Изваре в доме сидеть и дурью маяться.
— Да ты не бойся, Костя. Я с тобой людей толковых отправлю. И Игната возьмешь — он, если что, быстро там всем рога обломает… И сам не менжуйся! Ты Зубов, не абы кто! И хоть силой не вышел — зато ум на месте. А это, знаешь ли, иногда важнее будет. — Николай Платонович заставил себя улыбнуться, чтобы хоть как-то приободрить совсем уж притихшего отпрыска.
