Великий Новгород, серые здания и туманный мрак — вот мир, где каждое слово может стать угрозой. Куртка женщины вдали светлее всего на этом холодном пейзаже, она призывно махивает рукой, и автомобиль несется к опасности. Этот рассказ о страсти, предательстве и стремлении выжить в смертельной игре за власть и влияние — Молот Пограничья ждет своих читателей....
Похоже, «Молот Пограничья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Его еще до императоров построили, лет пятьсот назад, если не больше. — Дядя остановился, упершись руками в бока. — Между прочим — единственный на всю округу, ближайший только в Орешке, километров тридцать отсюда.
— А за ним? — спросил я, вглядываясь в темный густой лес на том берегу. — Там кто-нибудь живет?
— Ну, кто-то, может, и живет, — усмехнулся дядя. — Но обычному человеку в Тайге делать нечего. Здесь она за мостом как раз и начинается.
Я молча кивнул. После драки в саду госпиталя Основа еще не успела как следует восстановиться, но я чувствовал, как меня почти физически тянет туда.
Не будь рядом дяди я, пожалуй, прямо сейчас спустился с холма к мосту и направился туда, где едва тлеющая внутри искорка первородного пламени сможет вновь разгореться, принося прежнюю…
— А вот тут, собственно, мы и живем.
Я молча кивнул. Если флигели и примерно половина построек вокруг действительно выглядели новоделом, то центральному зданию Гром-камня на вид было не меньше сотни лет.
Во времена конунга Рерика дружинники жили с князем бок о бок, под одной крышей — да и теперь, судя по звукам, никуда не делись.
— Разминаются парни, — усмехнулся дядя, поворачивая за угол дома. — Ну, пойдем поздороваемся.
Для полноценного отряда тренировочная площадка на заднем дворе наверняка оказалась бы тесновата, но дядиных дружинников было всего семь человек.
