Тьфу! Наверное, любить такое можно только на фоне мужа-педика. Нет, Ольга достойна настоящей любви к какой-нибудь сильной, яркой, многогранной личности, вроде моего Одинцова.
Я знала, что послужило толчком к тому, что Ольге потребовалась новая «компаньонка». Но мне осталось только с удовлетворением отметить, что вся эта история с безобразным скандалом, устроенным старой немкой, оказалась как нельзя кстати. Ведь рано или поздно Ольгу непременно пришлось бы «обтесывать», приближая ее мышление к нашему уровню. И, несмотря на то, что у меня и так было много забот, я выразила полную готовность взять будущую императрицу под свою опеку. Предстоящая миссия даже вызвала у меня воодушевление. Я была уверена, что прекрасно справлюсь с ролью наставницы и наперсницы Великой Княгини, и, более того, смогу стать для нее примером для подражания, а также искренним и верным другом и защитником, а все остальное придет в процессе нашего с ней общения.
Когда я направлялась на катере на встречу с моей будущей подопечной, меня не оставляло ощущение важности предстоящего момента. Честно сказать, я даже немного волновалась. Что если все окажется совсем не так, как я воображаю? Что если у нас не возникнет контакта? Ведь между нами пропасть. Кроме того, насчет всех этих хороших манер, этикета и прочих экивоков данного времени я абсолютно не в теме. Что если я покажусь Ольге неотесанной дикаркой? Она, конечно, не станет в глаза делать мне замечания, но по ее лицу я сразу замечу, что она обо мне думает… Вот черт… А между тем она ведь совсем девчонка по сравнению со мной. Так что надо сразу себя так поставить, что соблюдение всех этих дурацких «этикетов» и условностей для меня дело десятое, потому что я выше этого."
"И вот этот волнительный момент настал. Они спускаются в катер, который должен будет отвезти их к новому месту обитания, эти трое Романовых – Александр Михайлович, похожий на бледную копию правящего царя*, неуклюжий и долговязый Михаил и смущающаяся и краснеющая Ольга. Одинцов торжественно представляет нас друг другу. До чего же по-разному они смотрят на меня! Александр – нарочито спокойно, Михаил – с восхищенным интересом (думаю, еще не скоро их, людей начала двадцатого века, перестанут удивлять и шокировать женщины в форме). А Ольга… сначала распахиваются ее глаза. Потом слегка приоткрывается рот, расплываясь вслед за тем в приветливой и искренней улыбке, от которой ее простоватое лицо преображается, заставляя вспомнить детскую песенку: «От улыбки станет мир светлей…». Удивительно, до чего очаровательной бывает улыбка у курносых. Самые некрасивые черты она волшебным образом делает необыкновенно привлекательными. Хотя я не назвала бы Ольгу дурнушкой.