– Но, в любом случае, собирайтесь, пойдем приобщимся с вами новых тайн, хотя у меня и от прежних-то тайн голова идет кругом…
Господин Одинцов ждал их на палубе неподалеку от трапа, под хлопающим на ветру полотняным тентом от солнца. Увидев, что Александр Михайлович пришел на встречу в сопровождении господина Лендстрема, глава пришельцев из будущего тяжко вздохнул и решительно двинулся навстречу Великому князю и его адъютанту.
– Насколько я понимаю, – сказал Одинцов, – господин Лендстрем тоже собрался присутствовать при нашем разговоре. А готовы ли вы, Карл Иванович, заполучить себе в мозг такие знания, которые окончательно и бесповоротно разрушат в вашем сознании картину существующего мира и даже более того, будут способны помешать спасению вашей христианской души?
– На этот вопрос, – ответил Карл Иванович, – я уже один раз отвечал господину Иванову на станции Танхой. Да, я готов принять на себя все, что ни пошлет на меня Бог и готов вынести все это со стоическим упорством, лишь бы было сделано порученное мне дело.
– Тогда идемте, господа, время не ждет, – загадочно сказал Одинцов и, развернувшись, решительно зашагал к трапу.
Вслед за ним двинулись и недоуменно переглядывающиеся Великий князь и его адъютант. У трапа их ждал скоростной катер, в котором, кроме рулевого, не было ни единого человека. Впрочем, тут, внутри гавани Эллиотов, никто не устраивал никаких гонок. Чинно отчалили от трапа «Принцессы Солнца» и так же чинно причалили к какой-то ошвартованной подле торгового парохода захламленной барже, имевшей весьма унылый и невзрачный вид. И только при ближайшем рассмотрении стало ясно, что вся эта унылость и захламленность нарочитые, как будто кто-то специально захотел создать такое впечатление. И вообще, и сам корпус баржи и большинство предметов на ее палубе были изготовлены из надутой воздухом ткани, для непроницаемости пропитанной жидким каучуком. Часовой, как бы незаметно скрывавшийся посреди этого хаоса, увидев Одинцова отдал им всем честь.
Они входят в надувную, явно декоративную надстройку, и вот перед ними черный, матовый борт настоящего корабля, скрывающийся под всей этой бутафорией. Будто прекраснейшую девицу на выданье скрыли под нарядом злой старухи.
Часовой, стоящий возле овальной двери в настройку, отдает им честь, а за дверью уже стоит офицер из будущего в чине капитана первого ранга.
– Господа, – говорит Одинцов, – разрешите представить вам капитана первого ранга Степана Александровича Макарова, командира атомного подводного крейсера с крылатыми ракетами на борту К-132 «Иркутск» и почти полного тезку нашего знаменитого адмирала.