В мире "окном в Империи", где солнце никогда не клонится к горизонту, трое обычных людей сталкиваются со сложностями "официальной" экономики — биржи, отравленной хаосом. В условиях перманентного финансового кризиса и недовольства, корпорации вынуждены прибегнуть даже к необычным методам управления – и вот уже есть подозрения, что кто-то пошел на поводу у невидимых сил....
Я в принципе догадывался, что Одинцов сейчас лихорадочно ищет среди Романовых персонажа, который бы смог заместить слабого царя и встать во главе Империи, как и догадывался о том, что некоторые тут займутся этим с радостью, да только они будут похуже даже Николая II. Мелкие людишки, не знающие ни стыда, ни совести, выродившиеся из былого величия. Но вот известие о том, что Одинцов рассматривает в этом качестве молодую женщину, которой чуть больше двадцати, привело меня в некоторый шок. Что Михаил, на которого возлагалось столько надежд, оказался пустым номером, и теперь наш ПП на ходу разворачивает оглобли на новую цель.
– Павел Павлович, – спросил я у Одинцова, – что, дела действительно обстоят так плохо?
– Мы все прекрасно знаем, как дела обстояли без нашего вмешательства, – философски заметил Одинцов, – в школе учились все. Что до самого вмешательства, то мы к нему еще даже не приступали. Пока общаемся с аборигенами, дистанционно присматриваемся к основным фигурантам, завтра день тоже важный, но не окончательный.
– А вы что, – спросил я, – не собираетесь сразу сообщить Николаю о том, что у него родится больной наследник? Ведь в этом случае кризис разразится сразу.
– Не разразится, – авторитетно ответил Одинцов, – во-первых – самодержец всероссийский пока даже и не подозревает, что скоро в пятый раз станет папой.
– Вот тут, Пал Палыч, – сказал я, – у вас концы с концами не сходятся. Ведь именно рождение больного наследника ослабило династию, а вместе с ней и Россию.
