В далекие времена, когда язык был словно другое измерение, жил маленький городок, где жизнь текла медленнее. Там стояли величественные дома королей и богатые рынки, а улицы были как шелковый ткань в глазах ребенка. Но вот пришла девочка с большой грядущей историей, и мир городка изменился навсегда....
Но капитан Гордон, будто ничего не случилось, все так же широко расставив ноги, стоял на капитанском мостике. Его команда тоже оставалась на местах. Только не привыкшая к морским бурям туземка Момо-сан забралась в спасательную шлюпку.
В несколько секунд небо стало черным как сажа. С ревом и свистом набросился ураганный ветер на корабль и швырял его то в головокружительную высоту, то в зияющую бездну. Казалось, что его ярость с каждой минутой возрастает – оттого, что он никак не может потопить корабль.
Капитан спокойным голосом отдавал свои приказания, первый штурман громко повторял их матросам. Каждый оставался на своем посту. Даже профессор Айзенштайн и его ассистентки не отступились от своих инструментов. Они точно высчитывали местонахождение середины смерча, – именно туда двигался корабль. Капитан Гордон внутренне восхищался хладнокровием исследователей, которые отнюдь не были морскими волками, как он сам и его люди.
Первая же молния стрельнула прямо в стальной корабль – он, конечно, сразу же зарядился электричеством.
Некоторую сложность представляли более тонкие детали корабля, например тросы и поручни: они раскалились докрасна, как волоски электролампы. Но люди работали в асбестовых перчатках. К счастью, хлынул ливень и быстро охладил пылающую сталь, – такого ливня еще никто – кроме Дон Мелу – не видал, он был таким частым, что вытеснил почти весь воздух.
Одна молния за другой, один удар грома за другим! Воющий ветер! Волны величиной с дом и белая пена!
Метр за метром боролся «Арго» с древней мощью тайфуна, медленно продвигался вперед, хотя машины работали на полную мощность. Машинисты и кочегары в трюме корабля прилагали нечеловеческие усилия. Они привязались к трубам толстыми канатами, чтобы не угодить в разверстую огненную пасть топки – так бросало и качало корабль.
Наконец была достигнута самая середина смерча. Что это было за зрелище!"
"На поверхности моря, которая была здесь гладкой как зеркало – потому что смерч своей гигантской силой придавил волны, плясал великан. Он стоял на одной ноге, напоминая волчок величиной с гору. Громадина эта вращалась вокруг своей оси с такой быстротой, что подробностей разглядеть не удавалось.
