Не получалось – и травник решился открыть глаза, ловя взгляд Паоло, и опять неудержимо краснея.
– Мне нужно вино и отрез ткани... Или платок любой... А то будут Вам такие отметины, что и в самом деле с дьяволом встретитесь.
– Ты собираешься колдовать? – бровь инквизитора взлетела вверх.
– А вы боитесь? – Микаэль легонько облизал пересохшие губы.
– Да-а, – протянул инквизитор, широко улыбаясь.
– Так, может, дадите мне нужные документы – и я пойду... А Вам кошмары всякие по ночам сниться не будут, – травник легонько улыбнулся...
– Какие документы?
– Что святой инквизитор ереси во мне не ведает... Что могу служить я Господу Богу и Его Величеству державы нашей в меру сил своих скромных, – Микаэлю вдруг стало душно. Сердце колотилось, горели щеки и губы... Нервы, казалось, были взведены до предела. Он чуть потянул шнуровку на рубахе, распахивая ворот....
– Извини, сын мой, но я в тебе не уверен, чтобы раздавать такие документы, да еще и подписывая собственной рукой. Даже и не знаю, что могло бы породить во мне такую уверенность, – он оценивающе скользнул взглядом по фигуре монаха. – А что касается кошмаров, мой мальчик, то я это я их создаю...
– Тогда вино мне дайте и ткань. Прошу вас, святой отец... Я, не уверен, что сделав шаг на выбранный путь, не решу потом срочно повернуть в другую сторону.
Микаэль протянул руку и легонько, очень нерешительно коснулся скулы Паоло, осторожно ведя по коже кончиками пальцев.
– Ну, хорошо... посмотрю хоть на колдовское искусство, а то жгу-жгу колдунов, а еще ни разу не видел, – усмехнулся Паоло и принес Микаэлю полотенце и початую бутылку красного вина из инквизиторских запасов.
– Это не колдовство.... Это забота о Вас... Святой отец.
Монах хорошенько смочил ткань вином, а потом осторожно протер вымоченным в вине полотном сначала ногти на одной руке, а потом и на второй.
– Уж поверьте мне, Вы совсем не хотите знать, что это было. И... Будет ли это неслыханной дерзостью, если я попрошу расплести мне косы и вынуть из них темные нитки? Тоже... на всякий случай....
– Яд, значит, – понимающе кивнул Паоло, – Шел меня травить и с чего же вдруг передумал? – он со все большим любопытством наблюдал за травником – весьма необычный молодой человек, да и внешность приметная – не часто встретишь монаха с косами. Фратори подошел ближе, стал аккуратно расплетать светлые пряди, их хотелось гладить, пропускать сквозь пальцы, но упоминание о каких-то черных нитках отбивало желание. Их он, разумеется, нашел – они темнели инородной дрянью в золотистых ручьях длинных кос монаха, и Паоло со всей возможной осторожностью стал выплетать- вылавливать их из светлых шелковистых струй.
– Вас травить? Зачем мне? А вот ни Вам ли знать, святой отец, что уповая на Господа, защищать себя надо уметь и самому.