Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
Молча, сжавшись в углу балкона на полу, оплакивает в душе потерянного друга. Юнги не хочет больше здесь оставаться, не хочет видеть его лицо, не хочет чувствовать на своем теле руки, обагренные кровью его единственного здесь друга. От безвыходности положения, в котором он оказался, омеге хочется биться головой о стену. Хочется вскрыться и не проходить больше раз за разом через все зверства и все, что творит Ким Намджун.
***
Чжун долго обдумывает идею поехать на виллу, координаты которой за минутный разговор смог ему передать Юнги.
— Я хочу увидеть сына, — первое, что говорит Чжун, стоит Намджуну ответить.
— Тоже рад тебя слышать, — усмехается ему в ответ альфа.
— Я знаю, где ты его держишь, и могу начать штурм в любой момент. Поэтому, будь добр, сам добровольно отпусти моего сына, и мы сможем избежать потерь с обеих сторон, — Чжун с силой сжимает корпуса телефона и ждет.
— Всегда добро пожаловать, — смеется Намджун. — Я гостеприимный хозяин. Уверен, вам настолько у меня понравится, что уйдете из особняка вы один. Свиту вашу мы оставим. А если серьезно, если я почувствую хоть мало-мальские признаки штурма, или замечу хоть одного из твоих ищеек в периметре моего района, я тебе обещаю - ты получишь голову своего любимого сыночка. А я очень не хочу его убивать.
— Не трогай его! Не прикасайся! Я убью тебя! Я тебе обещаю! — Чжун не может уже сдерживаться и кричит в трубку.
— В таком возрасте нельзя так нервничать. А вообще, у меня была шикарная ночь, благодаря опять же твоему сыну, так что не порть мне настроение, — Ким нарочно делает паузу, впитывает в себя рваное дыхание мужчины на том конце. — Хорошо, что ты позвонил, мне как раз нужно было от тебя кое-что.
Чжун стоит с зажатой трубкой в руках и смотрит вперед, в пустоту, пытаясь успокоиться и унять грозящее выскочить из груди сердце.
