И Юнги его проигрывает. Без Намджуна невыносимо. Хочется содрать свою кожу, сорвать с костей плоть и добраться до того уголка внутри, где поселился альфа. Вытащить этот кусок, сжечь и пепел развеять. Без Намджуна плохо. Каждое, пусть даже мимолетное, упоминание о нем делает больно. Будто из Юнги выкачивают всю кровь и взамен в вены заливают кислоту. Она выжигает сосуды изнутри, плавит плоть и поднимается к сердцу. Без Намджуна не хочется ничего. И даже жить. Юнги злится, что докатился до этого, но с позором признает себя проигравшим каждую секунду. Ничего не хочется: ни просыпаться по утрам, ни двигаться, а самое страшное - ни дышать.
Мин думал, что был влюблен в Чимина. Думал, что любовь - это скучать и планировать семью с конкретным одним альфой. Но он ошибался.
Любовь — это Ким Намджун.
Сумасшедшая, неконтролируемая, разрывающая внутренности любовь. Юнги любит его. До последней капли, до последнего вздоха, как какой-то подросток. Он хотел бы, чтобы так не было, он боролся, он честно старался, но не получается. Без «монстра» не получается жить. Не выходит. Он ждет, он скучает, он воет по ночам, кусает подушку, но не зовет. Мин знает, что его чувства не взаимны, и это убивает. Медленно, как яд впитывается в кровь и отравляет.
Юнги кусает ребро ладони, надеясь, что боль отрезвит, приведет в чувства. Старается в это верить. Встает на ноги и, надев маску «нормальности», возвращается к другу. Чонгук молча прослеживает взглядом за Мином и, убрав пирожные в холодильник, предлагает сходить в клуб.
— Давай без меня. Позови Техена, я домой лучше пойду, — Мин достает сигарету из пачки и закуривает.
— Да мне нафиг этот клуб не сдался! — возмущается Чон. — Я из-за тебя предложил. Может, я и младше, но я не дурак. Я вижу, что тебе плохо. Вижу, как ты страдаешь. Думал, сходим, ты развеешься, — понуро добавляет омега.
— Все нормально, — Юнги выдыхает дым и старается смотреть куда угодно, только не в глаза мелкому. Смотреть в глаза и врать — Мин не умеет. — Серьёзно, — больше убеждая себя, чем друга, добавляет Юнги.
— Если все нормально, то тем более мы идем в клуб, пропустим по коктейлю, послушаем музыку. Вспомним старые добрые времена, — Чонгук берет Мина за локоть и тащит в спальню. Юнги пытается упираться, но если Чон что-то вбил в голову, то он это выполнит."
"— Послушай, — Мин отбирает руку. — Как раньше уже не будет. И вспоминать прошлое не получится. Я бы не хотел этого говорить, но за те деньги, которые мы спускали на один коктейль — я сейчас покупаю продуктов на неделю. Так что иди со своим альфой, пожалуйста, — Юнги стыдно, что ему приходится такое говорить, и пусть Чонгук ему как брат. Чон застывает на пару секунд, потом резко обнимает Мина.
— Я урод.