Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
— Как же ты ахуенно выглядишь в этих шмотках, но без них ты мне нравишься больше.
Юнги резко разворачивается и отталкивает альфу, вызвав в его глазах плохо скрываемую ярость."
"— Послушай же! Я хочу выяснить раз и навсегда, кто мы друг другу! — Пак отходит и садится на край постели. — Я имею право это знать. Мы не разговариваем, не гуляем, но при этом мы все время трахаемся. Я устал от таких недоотношений. И ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь, — слова даются Мину с трудом.
— Юнги-а, солнышко, зачем забиваешь свою голову глупыми мыслями.
Мин стоит напротив и нервно кусает губы.
— Прости, Чимин, но я так больше не могу, — Юнги начинает застегивать брюки.
— Эй, не глупи, — Пак срывается с места и снова вжимает его в стену. — Мы слишком молоды сейчас, чтобы обременять себя ненужными отношениями. Поверь, тебе они тоже не нужны.
— Знаешь что? Я заебался. Так что, будь добр, иди нахуй, — Юнги еле сдерживается, чтобы не сломать нос наглому альфе и выходит за дверь.
— Ну и черт с тобой, — в сердцах ругается Чимин и тянется к мобильному телефону.
***
Чонгук ждет Юнги у его машины. Хотя Мин запретил ждать, попросил его вызвать такси и поехать домой после тяжелого вечера, младший, как и всегда, ослушался.
Юнги выбегает из клуба абсолютно разбитый. Мин усиленно скрывает то, насколько ему херово, но Чон был бы не другом, если бы сразу не понял, что к чему. Мин натягивает рукава полупрозрачной кофты и нервно топчется перед машиной, пытаясь подавить нарастающую внутри ярость. Вот только Юнги не может понять, на кого он злится больше: на себя или на долбанного альфу. Чонгук знал заранее, что так и будет, но все равно с болью в сердце смотрит на потерянного любимого друга.
