Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
Омега бледный совсем, будто не ест несколько дней, и такое ощущение, что в любую секунду его ноги не выдержат, и он осыпется на пол. Сердце Кима сильно сжимается, хочется подойти, обнять, накормить, в конце концов. Но он не смеет. Он даже рот открыть не может.
— Как живешь? — вдруг спрашивает Мин и смотрит мимо альфы в окно. — Спишь по ночам? — голос у Юнги бесцветный, не из мира этого. Этот Юнги вроде такой же как и раньше, а вроде - совсем другой. Будто он коснулся чего-то опасного, будто сделал шаг во что-то темное и страшное.
— Юнги… — альфа прокашливается, зарывается рукой в волосы. — Мне неуместно выражать соболезнования, но я понимаю твою утрату.
Омега хмыкает. Просто хмыкает. Бросает мимолетный взгляд на альфу и возвращает свое внимание к окну.
— Какую? Какую из них? Отца, которого ты убил, или папу, которого тоже ты убил, — Мин продолжает говорить со стеклом позади Намджуна.
"— Не понял… — Намджун и вправду не понимает.
— Папа тоже умер, — Юнги облизывает сухие губы, тяжело дышит.
Намджун теряется. Не знает, что делать, что сказать, подходит ближе и внимательно смотрит. Юнги смотрит в ответ. Огонька нет. Глаза у омеги пустые. Ничего там нет. Ничего, кроме черной, заворачивающейся в спирали и будто зовущей на самое дно боли. Но она там не одна.
— Я могу говорить «прости» миллион раз в сутки, я могу встать на колени, но как можно просить прощение за то, что я убил Чжуна… твоего отца… Я не знаю, что мне сказать. Я готовился к этому разговору, но думал, он будет еще не скоро, — Намджун говорит обрывисто, пытается подобрать слова, выходит с трудом.
— Ты лишил меня всего. Ты воистину монстр. Чудовище. Напился крови? Доволен теперь? Ты меня уничтожил.
Намджун молчит. Монстр внутри снова скулит. Знает, что Юнги прав. Это самая тяжелая победа Намджуна. Эту победу он заслужил не кровью, а ценой своей любви. Ценой смерти тех, кого так любил его омега. Он сломал своего омегу, уничтожил его.
