Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
Но альфа только усмехается, потирает щеку, а в следующую секунду вжимает Юнги в стену своим телом, и омега чувствует, как холодный металл касается его кожи. Пистолет забирается под рубашку, дуло оглаживает плоский живот и спускается вниз, где сталкивается с таким препятствием, как пряжка. Альфа медленно и мучительно водит оружием по коже почти не дышащего омеги и наслаждается тем, как дрожит он в его руках. — Умей идти до конца, или даже не начинай, — хрипло говорит Ким в ухо Мину и резко отталкивается от него.
— Так и быть, я доведу дело до конца вместо тебя, — зло говорит Намджун и целится в голову лежащего мужчины.
— Не надо, — просит Мин. — Пожалуйста.
Юнги тяжело говорить, язык словно прилип к небу, а еще ему страшно. Он знает, что Намджуну ничего не стоит пристрелить прокурора. Пусть Чхве моральный урод, и пусть он домогался Юнги, прикрываясь его отцом, смерть - это слишком большое наказание даже для него. Намджун убирает пистолет за пояс, грубо матерится и, схватив Юнги под локоть, тащит на выход.
Омега проебался. Снова. Но обидно не это. Обидно, что Намджун оказался свидетелем его глупости и доверчивости. Обидно, что Мин поверил в чистоту намерений прокурора, не заметил того, что заметил даже младший по возрасту Чонгук, и обманулся.
Во дворе ресторана, за время отсутствия Намджуна, ничего не изменилось. Техен так и стоит напротив машины, где забаррикадировался Чонгук.
— Поедешь с Чонгуком, — зло говорит ему Ким и пихает Юнги в Бентли."
"Альфа обходит машину и садится за руль. Через секунду Бентли, издав мощный рык, скрывается со двора. За ним же в ночи скрывается и внедорожник с охраной. Техен лохматит волосы, достает пистолет и идет к автомобилю своего омеги с намерением разбить стекло. Но пассажирская дверь резко открывается, альфа, усмехнувшись, убирает оружие за пояс и садится.
— Я не хочу, чтобы ты портил мою машину, я только к ней привык, — бурчит Чонгук, но двигатель не заводит. — Прости, что не сказал тебе.
— Я все равно зол на тебя, — говорит альфа и, притянув омегу к себе, целует. — Ты слишком вкусно пахнешь, чтобы устоять, — шепчет он в губы Чону и продолжает его целовать. — Прощение будешь просить всю ночь и в разных позах, обещаю. Так что заводи мотор, — приказывает Техен и откидывается на спинку сиденья.
