Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
От неизвестности. Омега так и не понимает до конца, как он оказывается пешкой в игре двух альф, и что он, собственно, сейчас делает в этой вилле. Юнги решает, как всегда, применить свой любимый метод и решать проблемы по мере их поступления. Схватив с тумбочки пульт, он взбирается на огромную кровать и, нажав кнопку, просит колу.
— Ты будешь моим мальчиком на побегушках? — язвит Мин вошедшему с колой уже знакомому альфе. — Тогда я буду делать заказы каждые пять минут.
— Я, считай, изучаю тебя. Ты какой-то неадекватный.
***"
"Об исчезновении сына Чжун узнает только на следующий день от работника, который, придя забрать корзину, находит ее не тронутой. Президент сразу созывает совещание совета безопасности. Все, что творится в семье главы страны, строго засекречено и не должно просочиться в прессу. О том, как Намджун находит Юнги, президент решает подумать в последнюю очередь. Цель номер один сейчас — это вернуть сына живым и здоровым домой.
— Где мой сын? — первое, что выкрикивает президент, ответив на звонок.
— В целости и сохранности. Пока. Приходи в мой ресторан, поужинаем, пообщаемся, — ухмыляется Ким собеседнику и сбрасывает звонок.
Чжун сразу выезжает в один из лучших итальянских ресторанов города. Президента сопровождает отряд спецназначения, два советника и министр внутренних дел. В целях конспирации всю улицу к ресторану перекрывают. На вопросы журналистов официально заявляют, что идет спецоперация. Других подробностей СМИ выяснить не удается.
Намджун сидит за столом в центре зала, справа от него, ковыряясь вилкой в тарелке с равиоли, сидит Техен. В ресторане, кроме двоих личных телохранителей главы наркокартеля и обслуживающего персонала, никого нет. Президент подходит к столу и становится напротив.
— Присаживайтесь, здесь лучшая паста в городе, голову даю на отсечение. Повара, — улыбается Ким.
— Слушай сюда, урод, — президент кладет руки на стол и нагибается к Киму.
