Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
— Обещаю тебе — это последний раз, когда ты, прикрывшись мной, выбиваешь что-то у моего отца, — Мину немного страшно, но он собирает волю в кулак и с вызовом смотрит в черные зло сузившиеся глаза напротив.
— А что ты сделаешь? — приподняв бровь, спрашивает Ким. Альфа одним только своим видом показывает омеге, как ничтожны его угрозы."
"— Убегу, не смогу убежать - значит, умру, но ты, урод, больше моим отцом пользоваться не будешь! — максимально твердо заявляет Юнги и, не успев договорить, оказывается впечатанным в дверь.
— Убеги, — Ким смотрит глаза в глаза. Он настолько близок, что Юнги чувствует, как невесомо касаются его губ губы альфы. — Обещаю, я найду тебя и отдам на развлечение всем своим альфам. А потом, если ты выживешь — я лично сломаю тебе обе ноги.
Юнги ему верит. Верит каждому слову, которое медленно, словно нарочно мучая омегу, выговаривает альфа.
Юнги еле дышит, чувствует, как Ким спускает руки на его ягодицы и с силой прижимает к себе. Мин сквозь одежду чувствует, как возбужден Намджун, и понимает, что из этой комнаты он просто так не выйдет. Но омега не двигается. Так и стоит зажатый между дверью и сильным альфой.
— Никогда больше не угрожай мне, — Ким резко отпускает омегу и возвращается к кровати. — Сними с себя эти тряпки и иди ко мне, — Намджун похлопывает ладонью по покрывалу рядом и получает истинное удовольствие от того, как одновременно несколько эмоций отражаются на лице Юнги.
— Будь покладистым, и, обещаю, тебе понравится, будешь опять сопротивляться — я сделаю все, чтобы тебе было только больно, притом необязательно даже физически. Понял? — Ким, приподняв бровь, выжидающе смотрит на омегу.
Намджун говорит, а Юнги представляет, как несколько раз засовывает ему нож в грудь прямо по рукоять.
— Ты можешь меня изнасиловать. Опять, — кривит рот омега. — Но добровольно я под тебя не лягу, — Мин собой доволен, ему даже кажется, что голос почти не дрожит.
— Ты, парень, самоубийца, — Ким встает на ноги, и Мин инстинктивно подается назад. — Ты терпишь боль и удары, но есть ведь еще другие методы, которые ломают.
