Линк тщится вытащить из особняка семьи Квон непоседливую омегу, которая до сих пор живет в спальне. Это девять лет работы главным телохранителем детей - старшего сына-омеги Джина и младшего Юнги, который тоже обладает потенциалом. Время здорово меняет отношение к этому обязанности, но все еще продолжают терпеть буйства господина Мина....
Юнги чуть не давится, пытается отдышаться и вернуться в эту мучительную реальность.
— Ты ахуенно смотришься с моей спермой на губах, — усмехается Ким и, сделав шаг назад, застегивает брюки. Юнги на автомате слизывает остатки спермы с губ и так и сидит на полу, положив ладони на колени.
Намджун вызывает официанта, просит виски и лед, а потом садится на кресло и закуривает прямо в комнате. Юнги и сам бы не прочь затянуться, но просить альфу нет никакого желания.
— Был бы всегда таким послушным, и мы бы куда интереснее проводили время, — Ким смотрит на уставившегося на свои руки омегу.
— Я тебя ненавижу, — горло после жесткого минета саднит, поэтому Юнги говорит хрипло, даже не смотря на альфу.
— Хоть что-то новое уже скажи. Это я слышал, и мне похуй. На все твои чувства по отношению ко мне мне плевать. У меня на тебя никаких планов нет, — Намджун не понимает, почему его взбесила такая уже знакомая фраза, сказанная омегой.
— Что, в этом городе не осталось ни одной омеги, которая бы добровольно под тебя легла? — Юнги надоедает молчать.
— Вот опять, — хмыкает Намджун. — Ты отлично работаешь ртом, и я же видел, что тебе процесс понравился не меньше, чем мне, — Ким проводит ладонью по волосам парня. — Может, хватит сопротивляться своей природе?
— Я представлял другого, — спокойно, без агрессии, смотря прямо в глаза нависшему над ним альфе, произносит Юнги.
Намджун не шевелится. Время словно застывает на месте, и Мин не слышит ничего, кроме размеренных ударов собственного сердца. Ни омега, ни альфа не прерывают зрительного контакта. Вот только зрачки у Кима чернеют, и в этой темноте Мин видит собственное отражение. Темнота словно окутывает, придавливает парня к полу и стягивает кожу, обволакивая его липким мазутом. Дороги назад нет. Юнги это сказал. Намджун - услышал.
