Не самое царственное поведение, что быстренько отметила сестра Ауд, но Скара просто не усидела бы, грызя ногти на камушках, пока решалась судьба Тровенланда.
Пусть поучаствовать в сражении не в ее силах. По крайней мере, она может на него смотреть.
Поверхность выровнялась, и, пригибаясь, девушка медленно двинулась дальше. С юга открывалось зазубренное побережье Ютмарка. Покатые холмы, серые дюны, потом искристые воды самих проливов и, наконец, наполовину пересекшие их корабли.
— Флот Верховного короля, — шепнула сестра Ауд, от подъема ее лицо сильней обычного походило на персик.
Весла окунаются в море, кораблей несколько дюжин. Есть поджарые и лоснистые, построенные для битвы, есть толстобрюхие торговцы — наверняка набитые воинами, которых праматерь Вексен послала на север. Воинами, чья цель — разметать их союз и раздавить Скарин крохотный очажок Тровенланда, как равнодушный мальчишка давит жука.
Накатила жаркая злость, она стиснула кулачки, торопливо проделала последние шаги до макушки возвышенности на их мысу и встала между отцом Ярви и матерью Скейр. Служители глядели на запад. Длинный пляж простирался вдаль, туда, где тонула Матерь Солнце.
— О боги! — выдохнула она.
Галечное взморье кишело, бурлило людьми, словно то муравьи облепили свое порушенное жилище. Раскрашенные точки щитов. Блестит, перемигивается сталь. Цветастые знамена реют на ветру, отмечая места сбора команд. Тех солдат Верховного короля, что уже высадились на берег. Две полные ходки всеми галерами, а то и три. Сотни воинов. Тысячи. Не верилось, что они настоящие.
— Как же их много, — прошептала она.
Последнее слово вонзилось жестко, как смертельный кинжал, и Скара, комок тревоги, схватилась одной рукой за другую.
— Как думаете… — голос упал до каркающего хрипа, когда она насилу выговорила это имя: — Йиллинг Яркий здесь, с ними? — Она снова увидела его спокойное, мягкое лицо, услышала его тонкий, мягкий голос, ощутила кожей эхо ужаса той ночи и взбеленилась от собственной трусости. Она, пропади все пропадом, королева. Королевам бояться нельзя.
Отец Ярви коротко взглянул на нее.
— Всяк истинный герой командует с переднего края.
— Всякий герой для кого-то злодей.
— Герой он или злодей, — молвила мать Скейр, ее голубые, такие голубые глаза были прикованы к разбросанным внизу ратям, — своих бойцов он не подготовил.
Она была права. Они выстроились в щитовую стену среди дюн, выше пляжа, отгородясь от темного и мрачного леса.