Море Осколков — читать онлайн бесплатно полностью

Сколько бы ни был бит, сколько бы ни терял, сколько бы надежд ни развеялись прахом, рядом всегда стоял Рэкки.

И теперь, начав плакать, как остановиться? Как возвести запруду заново, когда поток уже хлещет в разлом? Вот в чем беда с твердым и несгибаемым характером. Если однажды твоя закалка треснет, обратно ты себя уже не соберешь.

Она обхватила его голову, уткнула лицом себе в плечо. Тихонько баюкая, покачиваясь вперед-назад.

— Шшшш, — зашелестела она ему на ухо. — Шшшш.

— У меня не было родных, кроме брата, — прошептал он.

— Я знаю, — отвечала она. — И у меня.

— Наверно. Понемногу.

Она приладила на нем пояс — протащила потерую лямку сквозь потертую пряжку, пока он стоял, свесив руки. Он никогда не мечтал быть рядом с женщиной, которая бы застегивала ему ремень, но это оказалось приятным. Никогда рядом не было того, кто бы за ним ухаживал. Разве что Рэкки.

Она подняла голову — слеза прочертила полосу и на ее лице. И он потянулся утереть слезу, стараясь быть мягким, как она. В его кривых, ноющих, коростовых, сбитых пальцах совсем не ощущалось ласки.

Не ощущалось, будто руки его сгодятся на что-то, кроме убийств. Брат то и дело твердил, что любовник из него никакой. Но он все равно старался.

— Я не знаю даже, как тебя зовут, — проговорил он.

— Я — Рин. — И она отодвинула занавеску алькова, где притулилась ее койка.

Он похромал из кузницы вверх по ступеням, одна рука прислонена к стене. Миновал круглую печь, где три женщины пекли хлеб, а мужчины с деревянными тарелками стояли у раздачи голодной толпой.

Прохромал через двор, светло сиял высокий, толстый Отче Месяц. Миновал выгоревшие конюшни. Как и он, выгоревшие дотла.

Рэйту послышался чей-то смех. Он мотнул головой в ту сторону, прорезалась улыбка. Голос-то Рэкки!

Он обхватил себя руками и брел мимо мертвого пня крепостного древа. Сегодня не зябкая ночь, но его знобил холод. Наверно, чересчур тонка порванная рубаха. А может, порванная кожа.

По длинной лестнице вверх, ноги шаркали в темноте, вдоль длинного коридора, окна глядят на мерцание Матери Моря.

Там движутся огоньки. Фонари на судах Яркого Йиллинга: следят, чтобы к мысу Бейла не подоспела подмога.

Он застонал, опускаясь медленно, как старик, у двери Скары. Ломота во всем теле. Натянул поверх колен одеяло, затылком откинулся на прохладный эльфийский камень. Ему удобства без надобности. Тем из двоих, кто мечтал о рабах и расшитых тканях, был Рэкки.

Он дернулся, оборачиваясь. Щелочка приоткрытой двери, и оттуда выглядывает Скара.