Род Нечепуренко недавно выиграл городской тендер на демонтаж и последующую реорганизацию земли. По плану, который мне показала Антонина Владиславовна, пока мы ехали на место, здесь должны высадить небольшой лес.
Учитывая откровенно вредоносную экологию района, решение могло бы показаться спорным. Однако Нечепуренко профилировались как раз на возведении зеленых насаждений, и свои магические способности развивали именно в этом ключе. Там, где у других посадки гарантированно зачахнут, эта семья сможет устроить настоящий райский уголок посреди пустыни.
Так что место для проведения ритуала культ выбрал неспроста. До недавних пор здесь вряд ли даже сторож имелся — пустые каменные коробки были никому не нужны на протяжении десятилетий. А значит, и свидетелей лишних не будет.
Внутри помещения запах магии крови оставался очень силен. С первого взгляда я оценил насыщенность магического фона. Если здесь произошло массовое жертвоприношение, у Москвы будут крупные проблемы. Судя по количеству загрязнения, на этом заводе кто-то вполне мог развить свой резерв с одного узла до всех семи. А ведь мы даже не добрались до алтарной комнаты, где насыщенность будет еще выше.
— Много жертв? — спросил я, пока мы с некроманткой шли по пустому залу.
— Пока нашли останки предположительно двухсот человек, — ответила Легостаева. — В основном старые. Место тихое, здесь вполне можно было годами тайно резать людей.
Это лучше, чем одномоментное жертвоприношение огромного числа людей. Насыщенность магией крови такая, что даже меня пробирает. Но если убивали не сразу, а с каким-то интервалом, то и выгоды от таких обрядов много быть не может.
— Алтарь трогать не стали, — предупредила Варвара Константиновна перед тем, как мы вошли во второй зал.
Почерневшая от пролитой крови небольшая бетонная плита размещалась в дальнем углу. Все остальное пространство занимали бочки, часть из которых была вскрыта. Заглядывать в них не имело смысла, и так было видно, что внутри хранятся останки жертв.
По всему помещению стояли пометки криминалистов — до моего прибытия здесь уже успели плотно поработать с уликами. Хотя, разумеется, вряд ли что-то действительно толковое умудрились найти.
Я прошел к алтарю и остановился в шаге от него. Концентратор был совершенно пуст, его выкачали до дна, значит, уже не собирались возвращаться. Узнали, что скоро здесь станет слишком много посторонних, и свернули проведение обрядов, максимально подчистив за собой. Теперь это просто грязный бетон, совершенно ничего собой не представляющий.
— Алтарь для нас абсолютно бесполезен, — сообщил я, глядя на плиту. — Культ покинул это место и возвращаться определенно не планирует.