Автор
В Москве уютно расположился особняк рода Моровых, где Иван Владимирович Моров наслаждается первым настоящим морозом зимы, наблюдая за снежными хлопьями со своего теремного окна. Улицы покрыты пеленой, а шум города растворяется в грохоте тракторов коммуналки, пытающейся справиться с непростым и первобытным природным феноменом....
Снаружи шел снег, но над академией стоял воздушный купол, сбивающий осадки прямиком в слив. Так что ни чистить дорожки от снега, ни бежать от дождей людям не придется.
Самое интересное, что подобный зонтик развернуть предложил Панфилов. Герман Мстиславович решил испытать свою новую систему артефактов, и технология в продажу на данный момент не пошла. Да и чего-то сильнее природных явлений она не выдержит.
Также на полигонах стояли защитные купола, произведенные на фабрике Панфилова. Их меньшие собратья ставились на военную технику Российской Империи, только были развернуты не внутрь, а наружу.
К сожалению Германа Мстиславовича, развернуть объемный щит не представлялось возможным: чем больше зона покрытия, тем массивнее приходилось делать артефакты. И если с маленьким куполом танк еще может ехать, то утащить один набор полигона — уже нет. Стационарные щиты, разумеется, разворачивают в стратегических точках, но и там они не превращаются в панацею."
"Отсутствие мобильности защиты на полигоне позволяло увеличить ее прочность.
Шагая по мощеной брусчаткой дорожке, я видел студентов, что пока еще только прибывали на учебу. Вчера их распределили по группам, познакомили с кураторами и теперь собирали во дворе, прежде чем повести на занятия.
Двери во дворец были открыты, так что я просто вошел внутрь здания и, скинув с плеч плащ, протянул его сотруднику академии. Тот с поклоном принял у меня одежду, чтобы повесить ее в гардеробной, а я направился в свой кабинет.
По пути на второй этаж, где располагалась моя вотчина, я встретился взглядом с Легостаевым. Сергей Константинович с видом ожившего покойника цедил кофе из бумажного стаканчика и смог мне только кивнуть, направляясь по своим делам.
Вообще, строго говоря, чтобы преподавать переданный мной материал, внуку Леонида Викторович предстояло самому как следует поучиться. Но в Сергее Константиновиче я был уверен — он уже не был тем юнцом, каким встретился мне впервые, теперь это был мужчина. Ответственный и взрослый.
