Автор
В Москве уютно расположился особняк рода Моровых, где Иван Владимирович Моров наслаждается первым настоящим морозом зимы, наблюдая за снежными хлопьями со своего теремного окна. Улицы покрыты пеленой, а шум города растворяется в грохоте тракторов коммуналки, пытающейся справиться с непростым и первобытным природным феноменом....
Потоки некротического фона хлынули в сторону мага смерти из соседних кабинок. Он спешил поскорее насытить резерв, чтобы продолжить бой и восстановить свою защиту. Накопленная энергетика смерти спешила к новому хозяину, чтобы восполнить его силы.
Я усмехнулся, и подпитка сменила направление, устремляясь ко мне. Мой резерв тут же пополнился. Не до краев, но потраченное на печати я вернул. А вот некромант, вынужденный поддерживать свою защиту постоянным вливанием магии, остался без восполнения."
"«Косарь» швырнул в сторону врага очередь огненных шаров, заставляя чародея отвлекаться на их отражение.
Магу пришлось убегать, чтобы не попасть под удары огнешаров. Он рыбкой нырнул со сцены. Но уже в момент прыжка лежащий на досках мертвец, повинуясь моей воле, резко вскинул винтовку и нажал на спуск.
Мозги с кровью и обломками черепа брызнули на доски, оборвав существование мага смерти. Он рухнул на пол у первого ряда кресел и уже не подавал признаков жизни.
Весь бой занял меньше минуты.
Я спокойно перешагнул через окно и, поддерживая собственное тело магией воздуха, спустился к трупу. Жизненная эссенция погибшего впиталась в мой резерв, делая его едва заметно объемнее.
— Это все? — высунувшись из-за кресел, уточнил Василий Владимирович.
— Все, — ответил я, пинком переворачивая тело немца.
На его груди висел небольшой амулет в виде нательного католического креста. Но это — лишь внешняя оболочка.
Курьер с шестью узлами — это серьезно.
Сверкнуло лезвие сакса, магический удар отсек голову немца, и я телекинезом поднял и артефакт, и трофей.
— Допрос? — уточнил Окунев, спокойно подходя ближе.
— Допрос, — подтвердил я. — Нужно быстро проверить, что там в кабинках.
Однако двоюродный дядя лишь плечами пожал.
— После меня там один пепел, можешь убедиться, но я бы не тратил время.
Спокойно кивнув, я направился к выходу. Пора забирать пленников и уходить из клуба.
В этой части здания ни камер для видеозаписи, ни иных следящих устройств не было. Услышать шум сражения из общих помещений тоже невозможно: о звукоизоляции здесь позаботились.
