В глухой снежной зимней деревне Вишняковке, каждый дом кажется замшелым и заброшенным. Группа военных прячется за крайним домом, словно заслоняясь невидимыми врагами. Здесь стены изнутри заполнились густой мховой и раздавались странные шорохи - будто тайное движение пронизывает снежную мертвенность деревенской окольцовки....
Порой закрадывалось предательское отчаяние – неужели отдадим Москву. Ведь вот она. Пешим шагом за пять часов можно дойти. А если на танке?..
Темп наступления немецких войск замедлялся, но они всё равно не стояли на месте. Глеб гнал от себя недостойные мысли, но они неизменно возвращались.
Потом эти двое опустили бинокли, закивали на дорогу под боком у разведчиков. В этот момент Шубину показалось, что немцы кивают именно на них. Дорога одно название, не для автомобильного транспорта. Но вездеходы, танки и БТРы могли пройти.
«Не думают ли в тыл зайти? – закралась тревожная мысль а может данным направлением, да напрямую к столице? Нет, напрямую не выйдут. А вот пропустить по дороге парочку бронетанковых полков, ударить в тыл обескровленным частям второй Московской дивизии и будет катастрофа».
Требовалось подтверждение. Могла ли подвести интуиция. Офицеры ушли со смотровой площадки. Завелись двигатели, раздался надрывной мотоциклетный треск.
– Уходим, товарищ лейтенант? – прошептал Левашов.
– Замёрз? – покосился на него Глеб.
– Есть немного, – согласился боец. – Почему мы тут лежим, товарищ лейтенант? Представление кончилось. Локоть рядом, а не укусишь. Это я про немцев и Москву ю.
Нет не подвело чутье. Не прошло и пяти минут как из-за холма выехал пятнистый БТР с двумя антеннами и стал вписываться в изгибы подозрительной дороги. Следом шёл танк средний Т-3. За танком вездеход с закрытым брезентом кузовом.
«Больше отделения в него не посадишь, – мысленно прикинул лейтенант. – Почему бы не попробовать. Танк, конечно, грозная сила, но в чистом поле, а не в лесу, где толку от него очень мало. Зачем он немцам? Для самоуспокоения? Проверяют пройдут ли танки по этой дороге»?
Боевая техника приближалась к зарослям. Антенны на борту указывали, что в бою машина используется как передвижной командный пункт. Чего именно? Батальона? Полка? Гадать бессмысленно.
Один из офицеров на холме имел знаки различия гауптмана. Возможно он и возглавлял штаб батальона. Или майор? Но это вряд ли. Физиономия у майора уж больно не боевая.
Колонна шла со скоростью пешехода и выйди напрямую она вряд ли разгонится. Здесь не шоссе Мюнхен-Берлин. В голове прокручивались варианты возможных действий. Колонна находилась рядом. В БТРе попискивала рация. Из вездехода доносился нервный смех."
"– До чего же холодно, чёрт возьми! Но мы потерпим.
