Вернувшись к особняку после подписания важного соглашения с Синодом, ты сталкиваешься с новыми загадочными встречами и девушками в странных костюмах. Встреча на пороге вызывает смех и подозрение, что все еще не выяснил тайны этой компании.
Да ещё и сын, как назло, прибыл в город на пару дней.
Князь глубоко вздохнул и нажал на кнопку вызова слуги. И через пять минут, в дверях кабинета уже стоял Агафон."
"— Петр Алексеевич в особняке? — уточнил Долгорукий и слуга кивнул:
— Недавно прибыли из города.
Щека князя предательски дернулась:
— Позови его, — коротко распорядился он.
Слуга поклонился и вышел из кабинета. А вскоре, в коридоре послышались нетвердые шаги.
— Звал, отец?
Долгорукий взглянул на стоявшего в дверях кабинета сына. Вернее, стоять Петру удавалось с великим трудом.
Петр был пьян. Заправленная рубашка выбилась из-под ремня, на щеке виднелся смазанный отпечаток яркой помады. От этой картины князь презрительно скривился. Жаль, что родной наследник у него один. После Петеньки Софья рожала ему только дочерей. Может быть, поискать по приютам бастарда и дать тому фамилию? А этого отправить в ссылку. Управлять какой-нибудь деревней в глуши и устраивать забеги свиней на окраине?
— Как выходные, сын? — вкрадчиво начал разговор Алексей.
Петр глупо улыбнулся:
— С каких пор вам стали интересны дела сына, Великий князь? — заплетающимся языком спросил он. — Выходные прекрасны. Жаль, завтра придется возвращаться в казарму. Вот ускоренно наверстываю упущенное в вольной жизни.
— Где ты был? — сухо перебил развязную речь князь.
— Как всегда. В барах, притонах и публичных домах. А откуда такая забота?
Долгорукий — старший немного помедлил:
— Мне звонили из Синода, — ответил он после затянувшейся паузы.
Губы Петра разошлись в довольной улыбке. А в глазах блеснули злой, мстительный огонек. Он подошел к бару и принялся выбирать бутылку.
— Надеюсь, темный сдох?
— К счастью, нет, — ответил князь. — И я хочу верить, что ты не замешан в этом нападении, сын.
Петр икнул и покачал головой:
— Ты ведь не замешан? — напряженно уточнил Алексей Ильич.
— Увы, отец.
В груди Долгорукого начала разгораться злоба:
— Я смотрю, прошлый визит дознавателя из Синода так тебя ничему и не научил, — прошипел он. — Мне только что звонил этот самый Виктор Круглов. И спрашивал про тебя.
— Да с чего бы мне отчитываться? Перед каким-то синодником доз… дознавателем? — фыркнул Петр. — Я сын великого князя. И…
— А то, сынок, что этот самый Виктор работает в Синоде не так давно, — перебил его Алексей. — Но уже успел получить прозвище Кащей.
![Обложка книги Морозов. Книга 6 [СИ]](/uploads/posts/images/1/morozov-kniga-6-si.jpg)
