Автор
Я бежал без оглядки ни под ноги, ни назад - пули свистели слева и справа, но гвардейцы были недостаточно сильны. Я, Александр Ожерельев, лучший боевой маг в своем роде, не знала мелочей. Вперед через триста метров, поворот налево - сто метров до фрески Георгия Победоноса.
План действий сформирован, будем кооперировать атаку с тремя другими эскадронами и двумя отрядами артиллерии, привлечём на себя внимание. Периодически, по сигналу командования, нас будут сменять бойцы Красноозёрского и Благовещенского полков. Командующими назначен элитный отряд из Рубцовска, они и прикончат зверя, скорее всего.
Ротмистр поглядел на других армейцев и замер на мгновение, а его лицо выглядело так, словно он с кем-то мысленно говорил. После небольшой паузы ротмистр снова обратился к нам.
- И ещё кое-что: если что со мной случится, на время боя вы переходите под командование ротмистра Карташова, он назначен вторым по старшинству командиром кавалерийских сил. А после, если всё будет печально, вы будете возвращаться в Барабинск под командованием Аркадия Кудрявцева, моего заместителя. От меня это требуют сказать, даже не надейтесь, что так случится, уяснили? Теперь расходимся, построение через час, у выезда из лагеря.
Глава 19
- Так ты заместитель эскадрона? - обратился я к Аркадию, когда мы уже шли к стойлам за своими гибридами.
- По совместительству. - ответил он, отвязывая своего гибрида. - Вообще, обычно назначают заместителем ротмистра командиров авангарда, да только я последний из предыдущего состава эскадрона, потому назначили меня. Честно говоря, я крайне редко принимаю на себя командование, Юрий Владимирович опекает эскадрон как своих детей, и не горю желанием это делать. Но это не значит, что я слабый командир, своё дело я знаю, ато ещё надумаешь себе всякого.
Отведя гибридов в сторону, мы проверили подпруги, активировали драгунские артефакты, инкрустированные в их экипировку.
Меня одолевали смутные предчувствия по поводу этой атаки. И это с учётом того, что я увидел достаточно подготовленную армию с опытными, сильными командирами. Логикой эту тревогу не опишешь, это банально очередное моё чувство опасности. Нечто подобное я чувствовал и перед своей смертью, что позволило тогда многое сделать в особняке, прежде чем я попал сюда.
Я вынул из седельной сумки армейский нож и проколол палец, после чего начертил кровью на гибриде три простейших соломоновых круга с пентаклями для ритуала, я их наизусть помнил, каждый их символ, затем один начертил у себя на лбу и на ладони.
- Тэспус эдакс. - произнёс я шёпотом заветные слова. - фортиор тэмпус, фортиор рэрум, фортиор омнэс гентэс. Да ми вире.
