Автор
Я бежал без оглядки ни под ноги, ни назад - пули свистели слева и справа, но гвардейцы были недостаточно сильны. Я, Александр Ожерельев, лучший боевой маг в своем роде, не знала мелочей. Вперед через триста метров, поворот налево - сто метров до фрески Георгия Победоноса.
Периодически я наблюдал за другими краем глаза, и заметил, что сражение у каждого подстраивается под их возможности. Големы поддаются некоторым, но и расслабиться тоже не дают. Командир совсем не прост, лично контролирует всё, что происходит в его зоне контроля. Интересно было бы узнать, почему человек его уровня принял решение отсиживаться в тылу и обучать других, вместо того, чтобы сражаться на передовой.
Тут големы-твари усилили натиск, нападая то на меня, то на союзника, лишив меня возможности думать о посторонних вещах.
Я глянул на стоящего Арсения, который стоял, как и раньше облокотившись о стену и скрестив руки.
Тут мой союзник бросил меч и отбежал в сторону, сел на корточки накрыв голову руками и стал трястись, словно боялся. Я глянул на Арсения, изобразив на лице вразу: Ты серьезно?
На лице Арсения была видна улыбка, хоть моя позиция была достаточно далеко от него.
У меня осталось всего половина моего запаса сил, за эти часы, но, я думаю, стоит его удивить. Я вскинул руку и взял под контроль его печати, разрушив их. Я не знаю какая структура у его печатей, что бы я мог брать его големов под контроль, да и так тоже сойдет. Чем только ни приходилось заниматься на войне в прошлом. Саботаж был в списке моих деяний прошлых лет. И с такими големами никто не станет заморачиваться ставить защищённые печати высшего уровня, на которые у меня бы точно сейчас не хватило сил.
Интересно бы узнать, что сейчас творится в голове командира. Пусть сейчас я слабее его, да только не одна сила решает на войнах. Знания и опыт порой могут оказаться куда более грозным оружием.
- Морозов, подойди. - окликнул он меня.
Я проскочил через другие позиции, где продолжали сражаться другие, и подошёл к нему.
- Скажи, ну что ты хочешь? - спросил он меня.
