Противника не наблюдается – немецкой авиации наши хорошо дали прикурить, корабли их ждем с нетерпением, и лодку тоже издали услышим. Сколько у нас боевой счет – уже шестьдесят с чем-то? Может, всё же успеем до конца войны и трехзначную цифру набрать."
"Ну, накаркал! Акустик докладывает – поймал контакт! Не захватил уверенно, а удалось ухватить на какую-то секунду, и пропал. Компьютер идентифицирует по сигнатуре – с шестидесятипроцентной вероятностью, «двадцать первая», пеленг 260, вероятная дистанция свыше десяти миль. Гидроакустика – это наука не точная, тут очень много факторов влияют, как гидрологических, так и курсовой угол относительно наших антенн, отчего помимо уверенного радиуса обнаружения возможны единичные случай таких вот «проблесков» на дистанции, большей в разы. Но ситуацию понять легко: немец, держась от нас в чужой зоне, подкрадывается к союзникам. И очень может быть, атакует удачно. Слышали мы уже «двадцать первую» у Нарвика в бою против эскадры янки – и асдики ее не брали.
Так ведь линия разделения зон ответственности – это не госграница? И никто нас за ее пересечение не покарает. Хотя формально пока еще мы ни за что не отвечаем, и американский президент с британским премьером – это мерзавцы еще те, но вот гибель кого-то из них в настоящий момент СССР категорически не выгодна! И что нам стоит быстро пробежаться на ту сторону, найти фрицев и потопить – тут главное, под американские бомбы не попасть, ну так не надо к эсминцам вплотную подходить, противолодочное оружие у них очень недальнобойное, слава богу, ракето-торпеды «Саброк» (примерный аналог – наша «Метель») изобретут лет через двадцать – да и мы постараемся, чтобы нас не заметили! Излагаю это Кириллову, тот кивает, соглашаясь: «Под вашу ответственность, товарищ Лазарев!»
Боевая тревога. Реактор на полную, курс 265, погрузиться на триста – чтоб меньше шуметь. Мы не надводники, снизу хорошо слышим, даже на таком ходу. Идем почти в лоб союзной эскадре, дистанция очень быстро сокращается. Саныч отмечает обстановку на планшете.
Есть контакт, устойчивый! Пеленг 243, «двадцать первая», уточнить дистанцию – короткий «пинг» в активном режиме. Куда ты сейчас денешься, попалась – и на глубину не уйдешь, как тогда у Нарвика, после того боя наши ЭТ-80СН доработали, теперь они и погружение на триста терпят. Три мили всего, вот чудесно, и некогда мне с тобой возиться, «ход сбавить, и, аппараты, товсь», – это лишь в Голливуде лодки торпедами с полного хода стреляют, можно, конечно, и с двадцати узлов, если подопрет, но лучше все-таки с меньшего хода, чтобы торпеды вышли нормально.