Настораживает запах бензина, но может, тут автомобиль есть – точно, вон под навесом стоит, пикап размером чуть меньше «газели». И человек с удочкой, смотрит на реку.
Оставляю Андрюху в прикрытии и лезу опять в холодную воду. И так же бесшумно материализуюсь на лодочном причале за спиной у человека с удочкой. У меня в руке нож – на короткой дистанции предпочитаю работать им. Так что если этот субъект поведет себя неадекватно, жить ему после одну-две секунды. Если же это мирный венгр – ну что ж, не повезло оказаться не в том месте и не в то время. Но вроде не было видно у воды ни одного другого огня дальше по берегу? Если сейчас начнется – свет, крики, катера с солдатами, вывернувшие из-под берега – в темпе валю этого и ныряю, помня, что прикрывает меня не только Андрюха, но и трое наших «ночных снайперов», не знают еще в этом времени про точную и бесшумную стрельбу ночью, не должны сразу сориентироваться, откуда их бьют. Но вот наша миссия без помощи на месте осложняется сразу на порядок!
– Эй! Будапешт, – называю пароль.
Он дергается, но отвечает правильно:
– Дебрецен.
И поворачивается к мне. Мужик уже в возрасте, под пятьдесят. Наш или венгр? Как мне сказали на инструктаже, «человек абсолютно надежный». Но сколько раз видел в ином времени, что самые надежные и предают первыми – так что пока сам уверен не стану, будешь ты у меня под прицелом, и если что…
А он по-русски говорит вполне правильно! Но предупреждает:
– Это лишь пока мы одни, и никто нас не слышит. Здесь нет никого, прочий персонал я отпустил, ждем вас.
Откуда по-нашему знает:
– Так Россия, девятнадцатый год, не забыл еще[25]. Ночь проведете здесь, нельзя сейчас ехать, комендантский час, патрули – а утром я сам развезу вас по адресам."
"Да, уважаю предков! Не забывают ничего в ведомстве Лаврентий Палыча – сколько времени прошло, как рассказывали мы про венгерские события октября сорок четвертого нашей истории – выходит, не пропало это, сумели за год подготовиться, своего штирлица внедрить или вербануть кого-то в соответствующих структурах. Место, где мы оказались, было одной из «точек» валенберговской миссии, шведское культурно-гуманитарное… в общем, в иное время в России много таких «некоммерческих организаций» было, где работали если не прямо люди из ЦРУ, то его же «агенты влияния», ну а сейчас, на шестьдесят лет раньше, мы в такой же роли. И если в иной истории, которую мы помним в 2012 году, «шведский мессия» граф Валенберг развернул свою деятельность лишь в отдельно взятой Венгрии, после марта сорок четвертого, то здесь он начал свое благородное дело на полгода раньше, и по всей оккупированной немцами Европе.