Но вот с меткостью у них не то что плохо, а очень плохо, рассеяние большое, так что даже если им удается дать залп первыми… очень редко бывает, что влепят одному-двум нашим, зато после мы устраиваем им даже не бой, а бойню: броня у «гребенок» совсем никакая, и стволы пустые, а перезарядиться кто же им даст!
Нет, по уму немцы могли и на жестянках устроить нам кучу проблем. Тщательнее готовить позиции, заранее рассчитав пути отхода, лучше маскироваться и стрелять внезапно, совсем уж вблизи. Причем стрелять не всем сразу, а часть машин придерживать для прикрытия, а лучше – придавать для этого хотя бы взвод «пантер». Мы бы всё равно прошли – но потери у нас тогда были бы ощутимые. Так, чтобы такое устроить, опыт нужен и подготовка, а у немчуры – в последний раз поймали наши нескольких из их экипажей – так щеглы совсем, у меня на гражданке такие еще за партами сидели. И за рычагами всего ничего – сказали им: «Пока до фронта доедете – научитесь». Против наших гвардейцев-танкистов это даже не мясо, а просто слов нет!
У нас уже кое-кто, особенно из пополнения, язык распустил, что у Гитлера вовсе солдат не осталось. Но слишком бы это было хорошо, так что предположим, что опытные и умелые у фрицев еще есть, и где-то прячутся, чтобы ударить, выбрав момент. Так что не расслабляемся. До Победы уже недалеко, и хочется домой живым вернуться. Когда нашему полку гвардейское знамя вручали, спросил у меня генерал, куда я после войны, и предлагал в кадрах остаться. А мне охота снова учителем в свой Кирсанов, лермонтовские места."
"Самоходы в атаке второй линией идут – с нашим калибром хорошо самых опасных зверей издали выбивать, а при неудаче – наших прикрыть. Один раз и такое было, когда мы во фрицевской обороне увязли, и тут они в контратаку перешли, «тигров» выползло с десяток и прочей швали больше раза в три. Но снаряд в сто двадцать два миллиметра – это убойная вещь, а два десятка таких стволов – это страшно. Только три «тигра» назад убраться успели, а легкие «тройки» и бронетранспортеры остались горелым железом все. Но всё равно, тот бой вышел вроде как ничья, поскольку немецкую оборону мы всё же не прорвали.
Привязалось же к нам еще с того дня, как мы машины от Церкви в подарок получали, прозвище «Святое воинство»! Помню, как попы молитвы читали и святой водой кропили – и хоть атеист я, как положено советскому учителю и офицеру, но удивительно, что ни одна самоходка с экипажем не сгорела – были, конечно, потери и в людях, и в технике, но чтобы в бою разом и машину, и весь экипаж – такого не было, в самом крайнем случае выскочить успевали, почти все. Хотя тут и от машины зависит – что Т-54, что СУ-122-54, снаряд «тигра» в лоб держит.