Но это не остановило морскую пехоту – и пошли плавающие транспортеры на тот берег, от этих легкобронированных машин все ж гораздо больше было пользы не на поле боя, а при доставке к нему бойцов и снабжения. Морская пехота наступала южнее Кюстрина, через Геритц и Лебус, и сразу на горы – сколько крови стоил нам холм Ратвайн в той истории, с его вершины был виден весь плацдарм и наши позиции и коммуникации на правом берегу! Немцы не ждали от нас такой дерзости, на высотах были лишь две дивизии РАД (Райхс Арбайтет Динст – Немецкий трудовой фронт) «Шлагетер» и «Фридрих Людвиг Ян» – немецкие «стройбатовцы», вооруженные стрелковкой, против очень злой русской морской пехоты (ближний бой с которой был кошмаром даже для ваффен СС) – из дивизии «Шлагетер», первой попавшей под удар, в живых остались лишь самые резвые, кто быстрее всех бегал, и самые умные, кто сообразил вовремя поднять руки. Интересно, что часть пленных, кто показались наиболее смирными, были мобилизованы командиром 103-й бригады в Свободную Германию и привлечены к работам по сооружению укреплений, но уже фронтом на юго-запад, с использованием брошенных материалов и техники.
И этот удар наших морпехов был резервным! Но он был готов стать основным в случае, если спецназ (тоже наши, из двадцать первого века) не сумеет открыть парадную дверь на тот берег, взять город и мосты, перед авангардом Первой Гвардейской танковой.
Не одним же вам, фрицы, в «Бранденбург» играть?
Кюстрин. 1 февраля 1944 года
Под вечер, когда уже готовы были спуститься сумерки, в город вошла колонна.
Впереди ехала пара «цундапов» с пулеметами в колясках. За ними – роскошный черный «оппель-адмирал», в котором восседал штурмбанфюрер СС, еще один офицер-эсэсовец рангом ниже был рядом с шофером. Дальше следовали два полугусеничных бронетранспортера, набитых солдатами в ваффен-эсэсовском камуфляже, четыре тентованных «оппеля», тоже с солдатами, замыкал колонну еще один бронетранспортер с 20-миллиметровой зениткой.
На посту при въезде штурмбанфюрер показал вахмистру фельджандармерии грозный документ, свидетельствующий, что податель сего выполняет особо важное и секретное поручение, в связи с чем всем чинам вермахта и СС, а также представителям гражданских властей предписывается оказывать всю возможную помощь. И спросил, где находится комендатура – а лучше выделить провожатого. Старший поста подчинился, и один из жандармов, оседлав мотоцикл, поспешил занять место перед колонной. Когда мимо проезжал последний грузовик, с него спрыгнули четверо солдат с автоматами, один встал у караульной будки, где был телефон. Это не понравилось вахмистру.
– В чем дело, камрады?
– Вас сменить, если приказ будет, – ответил старший, со знаками различия шарфюрера.