Завтра я уйду, куда позовет меня приказ, может быть, вообще на другой край континента. За последние полгода было – Висла, Нарвик, Будапешт, Зеелов и здесь. Ну вот, уже в штаб вызывают – что на этот раз сделать надо и где?
«Я на рассвете уйду с отрядом – и позабудешь ты меня!»
Рим, 1 марта 1944 года
Все в руках Господа Нашего. И если он не вмешивается, значит, все происходит по Его плану, которого людям знать не дано!
Папа Пий XII произносил эти слова-молитву, стараясь не замечать, что происходит вокруг. Одиночная камера в подвале, без всяких удобств – что ж, и в давние времена в жизни пап такое случалось, но это были грешники, замаравшие высокий сан неподобающими поступками, или слабые в вере. И если Господь посылает и Церкви, и лично ему испытание, надо постараться выдержать его с честью, а что еще остается?
Его выдернули на допрос утром. Или в ту же ночь, как привезли – в камере не было окон, лишь электрический свет. Навстречу по коридору эсэсовцы тащили человека в мундире его, Папской гвардии – бессознательное тело, оставляя по полу кровавый след. Папу привели в допросную, пол и стены в матовом кафеле, видны следы крови. Кроме следователя был переводчик и еще двое рослых эсэсманов, держащие в руках куски резинового шланга. Папа подумал, какие все же немцы варвары и мужланы – в инквизиции с давних времен было принято сначала увещевать допрашиваемого словесно, и лишь при отказе пытать, ведь искалечить человека – это грех, и хотя ради благой цели Бог простит, но лучше все же избежать этого, если есть возможность.
– Имя?
– Вам оно известно, – тут Папа хотел по привычке добавить «сын мой», но сдержался. Много чести!
– Отвечать! – пролаял немец. – Иначе вас будут бить до тех пор, пока не прекратите паясничать! Отвечать на вопросы правдиво, четко и быстро. Имя?
Вопросы сыпались градом. Что Папа может сказать по поводу своей антигерманской деятельности? Укрывательство евреев от германского правосудия, организация вооруженного сопротивления немецким военным властям, подстрекательство к бунту, вступление в связь с враждебными рейху державами, призывы к беспорядкам среди граждан рейха и даже военнослужащих германской армии. Странно, но Папа почувствовал облегчение, и даже свое превосходство. Ведь все, что ставил ему в вину этот надутый индюк в немецком мундире, входило в прямые обязанности Папы как наместника Божьего на земле! А значит, все обвинения сейчас были не против него, человека, Эудженио Пичелли, носящего сейчас титул Папы именем Святого Престола – а против самой христианской веры! И Бог точно не оставит его своей милостью – а если придется принять смерть, что ж, посмотрим, есть ли на самом деле райские врата?
Немец орал и даже бранился. Но отчего-то не приказывал солдатам бить.