Что происходит?
– Вам, ваше святейшество, было предложено убежище на советской территории, – ответил главный из русских на ужасном итальянском, даже на слух Рудински. – Поскольку вы его не приняли и попали в неприятности, то не возражайте против нашей помощи сейчас.
– А он? – папа взглянул на Рудински с подозрением и очень недружелюбно.
– Считайте его представителем Свободной Германии, – ответил русский. – Однако давайте продолжим беседу в более безопасном месте. Ваших товарищей по заключению вывезем тоже.
Рудински едва сдержал усмешку, глядя, как русский, не хуже образцового германского фельдфебеля, строит выпущенных из камер святых отцов, мешая итальянские и русские слова:
– Не толпись, не суетись, в колонну по два, твою мать, вы тут все сдохнуть хотите – или исполнять наши приказы быстро и точно, кто не хочет дождаться очень злых немцев. Колонну по два, я сказал, отставить разговоры – ничего, не марш-бросок в полной выкладке, а всего лишь к берегу спуститься, быстро марш!
Русские постоянно куда-то исчезали и появлялись, одновременно в поле зрения не было больше двух пар. Освобожденных, не считая папы, было двадцать три человека, в их числе четверо офицеров-палатинцев. У пристани уже ждали надувные резиновые лодки с моторами, пять штук, такие же, как на немецких субмаринах. Тут вышла заминка на несколько минут, затем подошла еще одна лодка, большего размера, уже с каким-то грузом. Русских оказалось всего пятнадцать, из них семеро были матросами, вооруженными АК – очевидно, они привели лодки с пока невидимого в темноте корабля. В большую лодку сели трое «ночных убийц», все матросы, папа и Рудински; в прочие же грузились по одному из диверсантов, и бывшие пленники.
– Весла разбирайте, святая братия! Пока от камней не отойдем, мотор запустить нельзя, винт можем обломать. Гребите, гребите – жить хотите, научитесь! Шевелитесь, от графика отстаем!
Огня не зажигали, ну разве что несколько раз с большой лодки, идущей впереди, мигнули синим фонариком, когда кто-то отклонился от курса. Море было не очень спокойным, все успели промокнуть – но эти волны не были опасными. Громада острова Санто-Стефано оставалась за кормой, Вентотене был точно за ним, но виден был свет прожекторов на воде, хотя сами огни оставались скрыты – наверное, там слышали стрельбу. Затем, как показалось, донесся звук взрыва, и еще один."
"– Конец катерам, – сказал русский, сидевший на корме с трофейным пулеметом, – оба взлетели. И сколько немцев на них было – взвод? Теперь поплавают!
Еще пара минут, и впереди возник силуэт, едва различимый во тьме. Огромная субмарина – все в ней было необычно, кроме размеров, еще и отсутствие пушек на палубе, и странно скругленные очертания.