Если в трюме водаИ по правому берегу скалится враг,Если рвется душаИз пробитой груди, словно пар из котлов,Будут помнить всегдаКанонерку «Кореец» и крейсер «Варяг»,Мы под волны уйдем,Не сдаваясь, под гром орудийных стволов[102].Если в кают-компании слушали лондонское радио, то в кубриках предпочитали московское. Причем не только особые передачи на французском языке – хотя русские слова были для многих непонятны. Но русские били немцев, которые растоптали, опозорили прекрасную Францию – сейчас даже не пытаясь изображать «сердечный союз».
Боже, какими дураками были французы перед этой войной, крича и в газетах, и с трибун: «Лучше нас поработят, чем снова Верден»! Да, тогда Франция понесла огромные жертвы – зато боши так и не пришли. Теперь же, испугавшись взять оружие для своей защиты, приходится платить своей кровью за чужие интересы, на чужой проигранной войне! Полмиллиона французов сгинули в тех же русских лесах и полях, где надорвался Наполеон, а что получила Франция от «Трафальгара» этой войны – Лиссабона? Еще несколько тысяч погибших и немецкую «благодарность», когда бошам всюду мерещились заговоры и измена. Проклятые боши – даже наш Старик, Маршал, Филипп Петен, втянувший нас в Еврорейх, вдруг отрекся, и был за это арестован, а может, и убит, про его судьбу ничего неизвестно. Хотя обычно когда немцы расстреливают, то широко о том объявляют, для устрашения. Не понимая, что кроме, а нередко и вместо страха они вызывают ненависть. А может, понимают – с чего бы иначе кригс-комиссар ходил по кораблю лишь в сопровождении двух автоматчиков-эсэсовцев?
– Вы все есть французские швайнехунд, трусы и предатели, отсиживающиеся в тылу, пока Германия истекает кровью! – говорил кригс-комиссар, срываясь на визг. – Я лично и немедленно расстреляю любого, кто будет заподозрен в малейшей нелояльности! А кто будет выполнять свои обязанности недостаточно усердно, то по моему рапорту подвергнется заключению в концлагерь! И вы знаете, мерзавцы, что члены семей арестованных – это первые кандидаты отправиться следом?"
"Вспоминался тот фильм, который шел в Тулоне всего один день – и за который Марселя Карне бросили в концлагерь[103]. Нашествие на землю черного воинства ада – причем предполагалось, что оно будет символизировать русских, вот только глава его был буквально до мелочей похож на того, кем был лишь намечен в прошлый раз. Фильм был со скандалом изъят, Карне арестован – вот только образы стали уже известны наверное, каждому французу! Мальгузу однажды передали, что матросы всерьез спорили: если пристукнуть немца и срезать ему кожу с лица, как маску, под ней окажется зеленая чешуйчатая морда с клыками? Как на русском плакате – в прошлом году еще, в швейцарской газете видел, случайно в руки попала.