В дни опасных времён молились люди над кровавым светом луны. Группа из усталых людей вышла из развалин окраины, направляясь к тихо струящейся реке Евфрат. Майор Джамали шёл последним, автомат на плече как змея - готовый к быстрой атаке.
– Что так?
– Алена была задействована в операции «Флинт». Когда ваших людей арестовала султанская полиция, мы отправили Воронцовой шифровку о свертывании операции и возвращении в Россию. В то время теплоход, на котором она находилась, уже подходил к Буктару. – Глава Службы внешней разведки громко хмыкнул. – Кто же знал, что она, как торпеда, захватила цель и вышла на боевой курс.
– Не понял? – директор ФСБ привык к конкретным высказываниям.
– Честно говоря, мы многое не учли.
– То есть вы хотите сказать…
– Наша торпеда идет до конца. Наши эксперты, выстроив схему возможных действий Воронцовой, пришли к выводу, что она не один раз попадала в сложные ситуации.
– Что она задумала? – резко спросил директор ФСБ.
– В данном случае связь у нас односторонняя, мы можем отправить ей сообщение, а вот получить ответ… – руководитель внешней разведки развел руками.
Генералы некоторое время шли молча, прислушиваясь к скрипу снега под ногами. Каждый думал о своем, разведчик мысленно распекал строптивую оперативницу, хотя в душе понимал – если Алена выполнит задуманное, то скорее всего придется награждать ее, потому что так испокон века заведено – победителей не судят.
Медленно идущий рядом контрразведчик пытался просчитать, для чего ему все это рассказал коллега, что в данном случае потребуется от их службы. Пауза затянулась, и, чтобы как-то ее разрядить, директор ФСБ спросил напрямую:
– Наша служба может чем-то помочь?
– Ничего не нужно, – ответил разведчик.
