В загородный дом он его вести не стал, а вот в городскую квартиру привел, чтобы похвалиться. Там их вместе увидела его жена, которой он дал довольно правдоподобное объяснение появления такого гостя. И тогда настоящий подельник Егорова, будучи совершенно здоровым, решил использовать для маскировки костыли. А Егоров предупредил свою охрану, что если придет человек на костылях, то его нужно тут же пропустить. Вероятный вариант? — спросил Лев.
— Вполне! — кивнул Степан.
— Рожкова найти, конечно, надо и, чем прочесывать всю Россию, проще навести справки в столичных специализированных клиниках, там все компьютеризировано и сложностей не предвидится. Правда, вряд ли он может знать что-то по существу, но, с другой стороны, лишней информации не бывает. А теперь вернемся к тому, почему Егоров решил помочь Рожкову? Почему решил старый грех искупить? Совесть замучила? Но у таких, как Николай, стыд, честь и совесть отсутствуют. Значит, что? Его заставили! Но кто? Кто имел на него такое влияние? Кто знал, что Рожков пострадал по его вине? Только кто-то из Саратова, который не только знал истинную причину травмы, но и мог надавить! Но, судя по тому, что говорили Пелагея, а потом Зинаида Леонидовна, многие из той давней компании из тюрем не вылезают. Да и не стал бы Егоров к ним прислушиваться. А если бы начали давить, что очень сомнительно, потому что Рожков для них не фигура, так обратился бы в полицию. Нет, это был человек, которому Егоров не мог отказать. Кем же он так восхищался в молодости? А только тем, о ком вчера я подумал, услышав твои слова. Бери бумагу и пиши! У меня будет для тебя сверхсрочное задание, потому что впереди выходные и выяснить что-нибудь будет намного сложнее.
— Для того и приставлен, — просто ответил Савельев.
— Георгий Александрович Иванов, год рождения 1960-й, уроженец Саратова. Служил в армии, потом поступил в военное училище. Если я все правильно просчитал, то его отец Александр Константинович должен быть 1921 года рождения, а сестра отца Ольга — 1932-го. У самого Георгия есть сестра Елена 1965 года рождения. Если окажется, что они не Шеловские, я подам в отставку. Если же я прав, то никого из них в России уже нет. Последним уехал сам Георгий, потому что в России его ничего больше не держало — колье-то он себе вернул! Это должно было произойти вскоре после того, как Марии вручили те чертовы цветы: либо в ночь с пятницы на субботу, либо в субботу. Но есть малюсенькая, почти нереальная надежда на то, что он, может быть, еще здесь — вдруг остался, чтобы досмотреть спектакль и узнать, чем он закончится.
— Хорошо, запросы отправим немедленно, а все пограничники будут предупреждены, никуда не денется, — сказал Степан.