Автор
Тихий лес у Старого Тёмына становится местом встреч и приключений. Время медленно течёт, но предвкушение приходит как ожог от солнца. Таня ждёт друга за темными аллеями, а его недавние слова обещают что-то опасное и непредсказуемое. Кровь на чистой юбке вспоминает старые страхи и новые надежды, словно калейдоскоп сменяющихся ощущений....
Кира поднялась по лестнице в кабинет Аллы Петровны, подергала дверь, но та не поддалась.
– Кирочка, это ты? – раздался голос руководительницы из малого зала.
– Да, я.
«Странно, как я ее там не увидела – за зеркалами, что ли, была?» – подумала Кира.
– Спускайся к нам.
Кира легко и грациозно сбежала вниз, толкнула дверь малого зала и остолбенела прямо на пороге. Рядом с улыбающейся Аллой Петровной стоял высокий хмурый мужчина с короткими седыми волосами, облаченный в черный костюм и серую рубашку, а чуть в стороне от них в инвалидном кресле сидел невероятно красивый парень лет двадцати.
– Ну, что ты замерла там, Кирочка? Иди к нам! – позвала Алла, и Кира с трудом заставила себя подойти и пробормотать приветствие. – Вот, познакомься. Это Николай Иванович, твой, так сказать, работодатель. А это Вадим, его сын. Ну а это, – она обняла Киру за плечи и развернула лицом к мужчинам, – это наша Кирочка Глазунова, чемпионка Сибирского округа по латиноамериканской программе, да и вообще замечательно способная девушка.
– По «латине»? – раздраженно переспросил глуховатым голосом Николай Иванович. – Но ведь мы обговаривали, Алла Петровна, что нужна стандартистка.
– Ну, Кирочка и стандарт танцует, так что проблем нет.
– А я, может, «латину» хочу, – раздался голос молчавшего до сих пор Вадима. Он уперся руками в колеса, оттолкнулся и подъехал к Кире. – Ведь можно же и «латину» танцевать в коляске, правда? Румбу?
Кира совсем растерялась.
– Д-да, – с запинкой проговорила она, стараясь не фокусировать взгляд на пустых брючинах Вадима, подвернутых под культи. – Разумеется… но только…
– Что? – Вадим осторожно взял ее за руку и сжал. – Ты думаешь, что раз я без ног, то ритма не чувствую, что ли? Я в свое время до «зондера»[3] по «латине» дотанцевал.
– Дело не в этом… просто я не уверена, что смогу… я никогда…
– Да понял я, понял! – перебил Вадим. – Ты прежде никогда не танцевала с колясочником и боишься, что потратишь время зря. Не переживай, я не готовлюсь к чемпионату мира, я просто хочу продолжать танцевать – пусть и так, в коляске. А время твое отец оплатит – да, пап?
– Разумеется, – уже более спокойно отозвался Николай Иванович. – Лишь бы ты был доволен.
