И за этого… – король досадливо поморщился, – я тебя в обиду не дам. Таких, как Гаэтано, по десять штук за фунт дают, а генерал Бейсингем в Трогармарке один. До сих пор ты вел себя скромно, если и дальше не станешь зарываться, все будет в порядке…
– Спасибо, – единственное, что нашелся ответить Энтони.
– Ладно, – досадливо махнул рукой Леон. – Давай и вправду в карты поиграем. Если я правильно обо всем мыслю, вот-вот придут докладывать, что во дворе нашли мертвое тело, а у нас банк в четыре золотых да пустой лист…
Но прошло не менее получаса, прежде чем в дверь осторожно постучали и на пороге возник капитан дворцовой стражи. Несколько мгновений он остолбенело смотрел на Бейсингема, пока нетерпеливый окрик короля не вывел его из роли каменной статуи. Капитан доложил, что в одном из дворов нашли тело полковника гвардии, убитого, по всей видимости, на поединке. Дальше он замялся.
– Ну? – снова нетерпеливо одернул его король. – Да что с вами сегодня?
– Видите ли, Ваше Величество… Дело в том, что убитый полковник Альтьери и генерал Бейсингем… они оба примерно в одно и то же время спустились в приемные комнаты и взяли у лакеев свои шпаги. И больше никто оружия не забирал. А стражник у выхода во двор…
– Не то вы подумали, – оборвал его Леон. – Я попросил генерала Бейсингема дать мне несколько советов по фехтованию, а затем мы сели играть в карты. Получается, что за какие-то две минуты, пока генерал ходил за шпагой, он сумел добежать до того двора, убить гвардейца и, даже не запыхавшись, вернуться обратно? Не знаю, как вы, а я в это не верю.
Поищите еще, может быть, вы кого-то не заметили. Только поаккуратней, постарайтесь никого не оскорбить. Гаэтано Альтьери – записной бретер, рано или поздно он должен был нарваться. Неприятно, что это случилось во время королевского бала, но, в конце концов, это та неприятность, которая уже закончилась, и не надо усугублять ее, плодя новые…
Капитан взглянул на Энтони, открыл было рот, словно хотел что-то сказать, но передумал и, отсалютовав королю, вышел.
– Выпей вина, – сказал Леон. – У тебя такой вид, словно тебя сейчас стошнит.
– Вы думаете, он поверил? – спросил в ответ Энтони.
– Конечно, нет! Но какое это имеет значение? Он понял, что должен делать. Слухи, само собой, разойдутся, однако не думаю, что тебе что-то грозит. Альтьери злопамятны, как кошки, но трусливы. Человеку, которому король покровительствует до такой степени, что пускается ради него на лжесвидетельство, они мстить побоятся. Да выпей ты вина, наконец, – раздраженно прикрикнул он, – иначе, глядя на твою физиономию, тошнить начнет меня!
Энтони вернулся домой под утро, окончательно протрезвев и в прескверном настроении. Плохо ему было. С какой стороны ни посмотри – все плохо.