Их надо открыть любой ценой. Чинить некогда, остается либо разбить, либо взорвать. Пушки над воротами давно уже служат архитектурными украшениями, но раз они есть, то должен быть и запас пороха в кладовых. Значит, взрываем. Надо действовать очень быстро, пока по всему городу не ударили колокола и не началась паника. Он прислушался: внизу пока тихо. Обитатели ближайших к стене улиц еще не догадываются о беде, а те, кто живет в охваченной пожаром части, добежать до ворот не успели. И тут, словно подслушав его мысли, где-то далеко ударил колокол. Ну, сейчас начнется…
Он шагнул к стражникам, жестом оборвав приветствие.
– Артиллеристы есть? Вперед вышли двое.
– Там, в кладовых, должен быть порох. Заложите заряды и взорвете ворота. Справитесь?
– Справимся, – кивнул тот, что постарше, и оба бросились бегом. Остальные замерли, чтобы поймать на лету любое приказание, чтоб ни слова не упустить.
Рядом тут же возник энергичный и нахмуренный Марешаль, углядевший, что кто-то распоряжается его людьми. Раньше, чем полковник успел сказать хотя бы слово, Энтони бережно взял его за локоть и отвел в сторону.
– Я беру командование на себя. Подойдите к Флори, начальнику первого обоза. Он объяснит, что вам предстоит делать.
– Он даже не офицер, – полковник задохнулся возмущенно. – Вы не должны…
– Будете мешать – застрелю! – с холодным бешенством сказал Энтони, нимало не смущаясь тем, что у него нет пистолета. – Выполняйте приказ.
Не интересуясь дальнейшими переживаниями полковника, Бейсингем вернулся к стражникам и приказал собрать командиров рот. Здоровенный унтер просиял не то что физиономией, а всем своим существом, и рявкнул, перекрывая шум:
– Сотники, к господину генералу!
Городскую стражу набирали из солдат-ветеранов. Дворян в этих полках не имелось – попробуй-ка, заставь дворянина служить в страже! Единственными офицерами в первом полку были Марешаль и два его помощника-капитана, а остальные, даже командиры сотен, носили унтер-офицерские чины. Оно и лучше, меньше амбиций. Добрая половина стражников знала Бейсингема по военным кампаниям, остальные слышали о нем, и к нему кинулись радостно – не только сотники, но и командиры двадцаток.
– Вы сейчас пойдете в нижний город, – сказал Энтони и огляделся, отыскивая глазами Флори. Тот дисциплинированно стоял в двух шагах позади. – Этот господин расскажет вам, что надо делать.
Пожарный шагнул вперед. На Бейсингема он даже не взглянул, обежал глазами строй, хмыкнул и провел рукой по усам. Стражники подобрались, на лицах появились усмешки. Это был разговор своих: Энтони почувствовал себя лишним.
– Для начала то, что не надо делать, – раздельно произнес Флори, вроде бы и не напрягаясь, но громыхнул на всю площадь. – Не надо бороться с огнем.