Здесь же раздавали воду, лекари перевязывали раненых, монахи разбирали людей по монастырям, иной раз приходили слуги из богатых домов, принося холст, еду и забирая погорельцев – в основном женщин и детей. Надо было делать все очень быстро, чтобы люди не скапливались на «ленте» и прилегающих к ней улицах, и Эрдли раз за разом обходил всех, подгонял, распоряжался, а потом опять поднимался на дозорную площадку. Почему-то максимусу казалось, что с рассветом, когда исчезают порождения ночи, кончится и пожар. Это было, конечно, глупо, он и сам понимал, но…
– Смотрите, – сказал ему Гровер. – Огонь идет неравномерно.
Действительно, на левой, более бедной стороне города, огонь прошел уже три четверти расстояния до стены, на правой, застроенной каменными домами, едва половину. Что творилось под стеной, они не видели из-за густого дыма, но справа шум казался гораздо меньше. Кричали у ворот, а в середине крики стихали, и все чаще верхушки выдвинутых над стеной лестниц оставались пустыми на несколько минут.
– Что, из каменного города все ушли? – поинтересовался комендант.
– Не думаю, – ответил максимус. – Я полагаю, многие остались внизу и пытаются задержать огонь.
– Неужели это возможно? – потрясенно спросил Гровер.
– Не знаю. Но почему бы и не попробовать? Если что, уйти они всегда успеют. А вдруг получится?
Они снова и снова вглядывались в лежавший под ними город. Иной раз налетавший порыв ветра сносил дым, и тогда в темных улицах мелькали какие-то тени. Или это чудилось? Как бы то ни было, сделать они ничего не могли. Оставалось лишь гадать и молиться…
…Едва они вышли с площади, навстречу им выскочила полусотня пехотинцев во главе с молоденьким лейтенантом. Если стражники, пусть и мало понимающие в тушении пожаров, хотя бы не раз имели дело с толпой, то пехотинцы, обученные только убивать, не умели и этого. Ошеломленные происходящим, они растерянно озирались по сторонам. Энтони повернулся к Флори. Пожарный стоял посреди улицы, внимательно к чему-то прислушиваясь. Бейсингема он понял без слов.
– Милорд, в каменном городе борются с огнем. Если бы вы взяли солдатиков да помогли… Здесь от них толку будет немного.
«…Да и от вас, милорд, тоже», – мысленно продолжил его тираду Энтони и, хлопнув напоследок Флори по плечу, подошел к солдатам. Те очумело воззрились на возникшего из клубов дыма человека с головой, обмотанной грязно-серой тряпкой, в непонятного цвета и покроя одежде.
– Лейтенант, – крикнул Бейсингем, – пусть ваши люди осмотрят брошенные вещи и найдут, чем замотать головы. Без этого здесь нельзя!
– Кто вы такой?! – вскинулся тот.
– Генерал Бейсингем, к вашим услугам! – зло сказал Энтони.