Я бы предпочел, чтобы вы сидели рядом, сильный и свободный, а не лежали передо мной на пыточном столе. Ну да что об этом говорить. Вы сделали свой выбор. Ешьте еще, этот мальчик капитан яблоко не предложит, а оно хорошее…
– Что вы от меня хотите? – услышал Бейсингем хриплый шепот и не узнал, а скорее догадался, что это говорит Терри.
– Теперь уже ничего. Я просто обучаю молодого человека тонкостям его ремесла. Из него будет толк, хотя он немножко нервный. Возможно, оттого, что у него с вами личные счеты, такие вещи мешают… Ну вот, все, наше яблоко кончилось. Выпейте вина, это подкрепит. Капитан, – рассеянно поинтересовался он, – что вы там делаете?
– Перевяжу его лицом вниз, – послышался голос Шимони. – Вчера у него кровь горлом пошла, еле успел отвязать.
– Видите, еще один аргумент за то, чтобы работать тихо. Когда слабый человек кричит, это не опасно, а сильный может и погибнуть. Особенно такой сильный.
– Вы знаете его? – спросил Шимони, возившийся с веревками.
– Знаю, и хорошо. Я до сих пор жалею, что мы его в свое время отпустили. Я хотел удержать его года на три, за три года он стал бы нашим, а потом решил, что генерал и так никуда не денется. Впрочем, никуда ведь и не делся…
Энтони почувствовал, как его переворачивают, ткнулся лицом в холодный камень. Прошла еще минута, пока Шимони затягивал ремни, потом капитан спросил:
– Останусь, посмотрю, как вы будете справляться, – ответил баритон. – Покажите, какие методы вы применяли. Похоже, на что-то из вашего арсенала он тоже реагирует так, как надо, это нам пригодится… Начинайте…
– Не сжимайте кулаки, генерал, – Шимони явно подражал своему наставнику, – вы ведь знаете, что это бесполезно. Знаете, да, господин барон? Ведь знаете?
Голос его срывался от нетерпения. Энтони ощутил, как Теодор дрожит, всем телом, словно собака.
– Терри! – прошептал он.
Можно было хоть криком кричать, от этого ничего бы не изменилось, но он шептал, торопился, стараясь успеть, пока Гален еще способен соображать, пока еще не началось…
– Терри… Держись… Мы уже выехали…
– Тони! – услышал он лихорадочный шепот. – Тони! Убей меня! Убей…
– Как?! – простонал он.
– Тогда уходи! Я не хочу, чтобы и ты тоже… Уходи! Теодор закричал коротко и страшно – раз, еще раз, мир
рассыпался сверкающими искрами, стол закачался, сильнее, сильнее… Энтони открыл глаза. Над ним склонился Артона и тряс его изо всех сил, из-за плеча капрала выглядывало встревоженное лицо Алана.
– Что?! – выдохнул Бейсингем. – Что такое?
– Вы так кричали, ваша светлость… – голос капрала звучал издалека, словно во сне. – Я решил вас разбудить.
– Хорошо, спасибо… Иди… Алан, пожалуйста, не надо меня ни о чем спрашивать. Потом, все потом…
Энтони отвернулся и уткнулся лицом в траву.