Потрясение было неотвратимым. За долгие годы осадка я вновь ощутил мощь того удара, что сотворил меня человеком из тюрмерного камня. На календаре 26 октября 1931 года, восемь утра. Я выхожу из камеры Консьержери и ступаю в мир, где время снова имеет значение.
Итак, я хозяин ресторана «Виктория» на Уотер-стрит в портовом центре Джорджтауна. Квик займется кухней, он любит свое дело, это его профессия. В обязанности однорукого входит закупка продуктов и приготовление шумэня. Шумэнь – что-то вроде китайских спагетти. Они делаются так. Пшеничная мука высших сортов смешивается с большим количеством яичных желтков и хорошо взбивается. Затем тесто раскатывается долго и упорно. Раскатка теста – очень трудная работа. Сначала оно раскладывается на столе, к центру которого крепится длинная, хорошо отполированная скалка.
Ресторан, ранее убыточный, быстро приобрел известность. С помощью напарницы, очень красивой девушки-индианки по имени Дая, Индара обслуживала многочисленных посетителей, спешивших к нам отведать китайской кухни.
– Накормишь голодного человека – будет удача, – сказал Квик-Квик.
Все вроде хорошо, но вот загвоздка – блеск и привлекательность наших официанток, особенно Индары. Обе выставляют напоказ свою прелестную грудь, прикрытую только легкой газовой тканью платья, боковой разрез которого при некоторых движениях обнажает еще и ножку вплоть до самого бедра. Американские, английские, шведские и норвежские моряки зачастую по два раза на день захаживают к нам, чтобы перекусить и насладиться зрелищем.
"Ресторан открывается в восемь вечера и работает до пяти или шести утра. Стоит ли говорить, что к трем часам у меня собираются проститутки со всего квартала.
Случались в связи с этим и неприятности.
