В дряхлом подъезде пятидесятых годов жарит запах старости. Светло-жёлтые перила и свежепролитые стекла придают этому домику особенную, загадочную атмосферу. Богдан шагает вперёд с нерешительностью, будто шёпот ушедших дней неслись за ним по коридору.
Богдан ничего гарантировать не мог, в первую очередь не желал, а некий «порядочный человек» – мог.
Он закрыл за собой дверь, отказавшись от прощального секса. Не интересует. И больше об Алле не вспоминал ни разу. Была и была. Теперь нет. Любая средняя кобыла на конезаводе значила для него больше, чем женщина, пару лет оказывавшая ему сексуальные услуги.
Тогда-то и случилась замужняя дамочка, принеся в сексуальную жизнь Усманова тупое неудовлетворение. Подрочить приятней. А дамочка… бог с ней! Пусть живёт с мужем долго и счастливо.
Именно поэтому присутствие Лизы, её тесное вжатие вызывало реакцию в организме Богдана, так же на него действовал поверхностный просмотр порно.
– Может быть, ко мне? – прошептала Лиза, обдав Богдана запахом жевательной резинки, потираясь животом о пах.
– Не надо, – Богдан отстранил Лизу, удержал вытянутыми руками, игнорируя якобы удивление.
– Богдан?
– Зачем, Лиза? – он почувствовал, как напряглись желваки от раздражения. – Что ты хочешь?
– Что может хотеть женщина от мужчины? – игриво промурлыкала Лиза.
– Мне не нужны проблемы, тебе – разочарования, – отрезал он. – Ничего не изменилось, Лиза. Я не останусь в Москве, тебе не нужна Хакасия. Не знаю, что у тебя на уме, и знать не хочу. Просто сразу – нет.
– Ничего особенного я не хочу, – Лиза наигранно пожала плечами. – Секс, – мелькнула знакомая, льстивая улыбка. – Свободная женщина…
– Дура ты, а не свободная женщина, – проговорил Богдан, нагнувшись, чтобы посмотреть прямо в глаза женщине.
Ведь и правда – дура. В то, что женщину может интересовать секс и только секс – Богдан верил. Никто не лишает женщин права на сексуальность. Лизу секс с его персоной не устраивал, ради чего прогибаться сейчас? В надежде, что близость станет терпимой, она вдруг полюбит джаз, розы или итальянскую кухню?
– Ты пожалеешь! – вспыхнула Лиза.
– Несомненно, – он резко отошёл в сторону. В это время шустрый малый вытаскивал последнюю коробку, и Богдан показал на дверь бывшей любовнице, добавляя: – Вике привет.
Закрыв дверь, оглядев ставшую пустой квартиру, Богдан не почувствовал ничего – это само по себе было отличным знаком. Глянул на время, до отлёта оставалось несколько часов. Он успеет заехать к Крош.
Глава 33
О Жене он думал почти каждый день. Мысли эти не приносили неприятия или, наоборот, острого желания.
