В глубинках древнего племени Джоны и Эллиота прячется мрачная тайна, веками скрываемая солнечными лучами. Здесь живут семьи — каждый член которой несет в себе маленький кусочек истории, которого никто не знает. Мир здесь незаметно меняется под ногами, и лишь самый проницательный глаз может уловить призрачные перемены....
– Нет, – покачал он головой, – я в смысле, что думаю только о тебе и хочу быть с тобой, и когда тебя нет, мне плохо… и когда что-нибудь делаю, всегда думаю: а как бы поступила Солнышко? Ты единственная, кто меня по-настоящему понимает…
Он вдруг вспомнил Вещунью и почувствовал себя неловко – та стояла на другой стороне поляны и с горящими глазами слушала Ореолу, – но чувства к ней были совсем другие. Так сильно, как золотистую крошку, он не мог любить никого.
– Я хочу, чтобы ты знала, – сбивчиво продолжал он, – мало ли что с нами случится… хотя, если вдруг случится с тобой, я просто не смогу дышать… и думать… и ничего делать – никогда!
– О луны, Звездокрыл! – перебила она.
– Да нет, всё хорошо… – Ему и в самом деле было хорошо. – Я и не требую, не надо ничего отвечать… я всего лишь хотел, чтобы ты знала… на всякий случай.
Солнышко наморщила лоб, словно что-то было не так, но Звездокрыл ласково обвил её хвостом и продолжал, глядя на их лапы, стоящие рядом во влажной прибрежной тине:
– Просто обещай мне, что не станешь рисковать.
– Мне почти ничего и не придётся делать! – с обидой фыркнула Солнышко. – Это ты обещай, что не полезешь в самое пекло. – Дракончик растерянно молчал. Очень хотелось обещать, но это было бы нечестно. – Вот то-то же, – вздохнула она. – Так что хватит речей из свитков, просто обещай, что мы скоро увидимся.
– Обязательно увидимся! – с улыбкой кивнул он, заражённый её уверенностью.
– Удачи! Пни за меня какого-нибудь ночного.
Она быстро притянула его к себе и обняла, и мгновение спустя Звездокрыл уже шёл к Ореоле и солдатам, пытаясь разобраться в путанице мыслей.
Он всё-таки сказал ей! Сказал! И земля не разверзлась, не поглотила его.
Ореола снова распростёрла крылья, и поляна наконец затихла.
– Вы знаете, как я не люблю торжественных речей, – начала королева, – так что скажу просто.
Она подала знак дракону, стоящему рядом. Звездокрыл не сразу узнал её легкомысленного братца Джамбу – теперь он был не ярко-земляничного цвета, как всегда, а густо-чёрного в тон каменным стенам.
