И если в галерее окажутся люди…
– Чтобы попасть в галерею, совсем не обязательно разбирать завал. Можно выйти через аварийный выход третьего блока…
– Вы хорошо разбираетесь в ходах и выходах, – не без сарказма усмехнулся Мурзин.
– Разумеется, чтобы замуровать в галерее людей…
– Дело в том, что в галерее третьего блока тоже обвал. Там тоже был взрыв…
– Хотел бы я знать, откуда у них столько взрывчатки… – вслух подумал я.
– У подземных людей.
– Вы же неглупый человек. В недавнем прошлом майор милиции, старший уполномоченный уголовного розыска…
– А вы – следователь прокуратуры, подполковник. Неужели вы думаете, что я смог бы убить шестерых и замуровать пятнадцать человек?..
– Почему пятнадцать? Может, меньше. Может, из этих пятнадцати несколько человек стали вашими сообщниками?
– А если у меня были сообщники со стороны?
– Пьяные шахтеры. Они прорыли ход в бункер, помогли мне уничтожить группу туристов, а потом благополучно скрылись…
– А песню помните? Раз пошли на дело, выпить захотелось… А за пахана у нас была Мурка, у нее еще «наган» из-под полы торчал… «Наган», кстати, незаконный. Так и запишите…
Записывать следователь ничего не стал, но долго с упреком смотрел на меня, качая головой.
– Вы, Молочков, сами пьяны.
– Так у нас в банде все такие…
– Да все, говорю. Первый номер, второй, третий… Мы все пронумерованы. Так удобней, и конспирация опять же…
– Как эти люди проникли в бункер? – вполне серьезно спросил Мурзин.
– Может, и пьяные. Это сейчас не так важно…
– А если опьянение наркотическое?
– Ну, может быть и так…
– А если еще и без сознания?
– Без сознания человек ничего не может делать…
– А эти, представьте, могут. Только делают, ничего не соображая. И кто-то ими управляет… Был подземный ход. И я там был… Ход взорвали, и я через каменоломню выбрался… Как я, по-вашему, в каменоломне оказался?
– Надо разобрать завал, обследовать проход. Искать людей нужно…
– Ищем. Список у нас есть, работаем по адресам.
– И ничего, – продолжил я за следователя.
– Почему вы так уверены? – с торжеством победителя спросил он. – Знаете, что они не могут быть дома?
– Они где-то под землей. Где-то глубоко-глубоко… А списка у вас нет. Кто его составлял? У нас не было путевок, были только билеты. Купил билет, и в бункер. По воздушной тревоге паспорта не спрашивают… Болгаров список составлял, для графика дежурств. Фамилия, имя, отчество. Но без адресов, это я точно знаю. У нас тогда у всех один адрес был… И сейчас у тех, кто выжил, один адрес.
