Автор
В Мракокраде, где крик дракона гремит через ночное небо, стражи ищут призрачных врагов. Средь пыльных степей и заснеженных равнин мир настолько же загадочен как сам мрак, который окутывает древние храмы и таинственные крепости. Здесь каждый шаг может быть последним в жизни — ведь в эти дикие края приходят стражи не только за сокровищем, но и за самой жизнью....
– Ясновидица, тебе, как я поглажу, невероятно весело.
– Нет-нет, – поспешила ответить Ясновидица. – Очень впечатляет. Пророчество такое… м-м… объемное. Такое… загадочное.
– Оно определенно было куда загадочней, пока не сбылось, – презрительно сказала Всевидица. – Не разберешь его для нас?
– Ну, в нем говорится о принце Арктике, – ответила Ясновидица, – и его даре дракомантии, который всякий раз, когда к нему обращались, делал обладателя темнее в душе. Интересен момент про цену: это либо война с ледяными, либо последствия того, что в племени ночных появился дракомант.
– Цена – это конфликт, – отрезала учительница. – Не надо тут устраивать представление, примешивая безудержную фантазию. Мы уже знаем, что ни один из отпрысков Арктика не унаследовал его силы.
Ясновидица понадеялась, что по ее морде не видно, как она смущена. Для большинства драконов ее племени это все еще тайна, но возможно ли, что Всевидица и правда не ведает о способностях Мракокрада? Проглядеть такой поворот событий для прорицателя серьезное упущение.
«У нее я совсем ничему не научусь», – в отчаянии подумала Ясновидица. Следовало прислушиваться к тревожным звоночкам. Всевидица опасна, опасна в своем неведении и ненависти к дару Ясновидицы.
Что бы ни ждало их в будущем, было ясно, что добром это не кончится.
Глава 8
Глубин
Глубин уставился на кровь, стекающую с ножа Альбатроса. Капли ее забрызгали пол, когти и хвост деда.
Глубин не смел пошевелиться. Какая-то часть разума все еще думала: «Может, кто-то оступился? И метнул нож случайно? Почему королева не поднимается? Альбатрос все исправит, он же все умеет».
Другая часть разума трубила тревогу, тормоша его изнутри: «Уплывай! Улетай! Беги! Бейся!» Альбатрос с любопытством посмотрел на нож, будто на нового очаровательного питомца.
"Первыми очнулись небесные: с криками страха они взмыли в воздух. Альбатрос посмотрел им вслед, затем – на нож и выпустил его. Нож устремился вверх и вонзился Закат в точку, где челюсть соединялась с шеей. Вырвался из раны и ударил Орла в сердце.
