Автор
В Мракокраде, где крик дракона гремит через ночное небо, стражи ищут призрачных врагов. Средь пыльных степей и заснеженных равнин мир настолько же загадочен как сам мрак, который окутывает древние храмы и таинственные крепости. Здесь каждый шаг может быть последним в жизни — ведь в эти дикие края приходят стражи не только за сокровищем, но и за самой жизнью....
Лететь было недалеко, дворец сиял: в каждом окне горел свет факелов. В клетке на шпиле не было узника – видимо, сняли его, чтобы не пугать гостей. Зарядил моросящий дождик, и все трое покрылись мелкой водяной пылью; окутанные паром, они вошли с площадки у дворца в величественную бальную залу.
– Принц Арктик, Люта и их сын Мракокрад, – объявил дракон у начала лестницы. Мракокрада забавляло всякий раз слышать, как отец внутренне бушует теперь, когда его больше не зовут «принц Арктик из племени ледяных драконов»; сказать по совести, ему следовало радоваться, что сохранил хоть какой-то титул.
Драконы обернулись в их сторону по всему залу, задрапированному по случаю приема в синее и зеленое. Для гостей устроили небольшие каменные пруды, а в углах журчали миниатюрные водопады. От банкетного стола сильнее, чем обычно, пахло рыбой, креветками и водорослями.
Для читающих мысли в школе были особые уроки, на которых учили, как слушать разумы в толпе, не перегружая себя. Мракокрад, к счастью, быстро научился сгущать чужие мысли в сплошной фон.
– Здравствуй, дорогуша, – сказала королева Зоркость, подлетая и сразу же завладевая вниманием Мракокрада, стоило им спуститься по лестнице. На голове у нее сверкала вычурная парадная корона, а на крыльях висело несметное число бриллиантов. Она считалась самой суровой королевой в новой истории ночных, и ей хорошо удавалось запугивать дочерей, так что ни одна до сих пор не осмелилась бросить ей вызов.
Однако Мракокрад давно проник в разум Зоркости. Знал, что этот показной грозный вид создан благодаря одному трюку: говорила она очень скупо, позволяя приближенным самим заполнять паузы боязливым лепетом. А еще она была очень подозрительной, пресекала любые мнимые угрозы еще до того, как те становились реальными. Кому-то такое правление и впрямь казалось суровым, но Мракокрад угадывал в нем собственные страх и недальновидность королевы.
– Ваше Величество, – опережая сына, произнес Арктик. – Вы, как всегда, выглядите блистательно и утонченно.
– Гм-м, – протянула Зоркость, поправляя корону. И как отец до сих пор не поймет, что лесть на королеву совершенно не действует?! Комплименты она воспринимала с большим подозрением, и замечание Арктика заставило ее задуматься: «Чего этому скользкому ледяному нужно на сей раз?»
– Это новое сочинение Композитор? – спросил, отвлекая ее на себя, Мракокрад и кивнул в сторону сцены в дальнем конце залы, где играли музыканты.
