В столице совершено убийство высокопоставленного чиновника, что запускает мрачное расследование. Полковник Гуров погружается в запутанные мафиозные интриги и закулисные разборки за кулисами власти. Поиски исполнителя и истинных мотивов приводят к опасным открытиям о мире преступности.
Они обращались с ней вроде уважительно, но ни о чем не спрашивали, открывали двери, закрывали двери, вводили ее, выводили, пока она не оказалась за бронированной дверью; за спиной лязгнули мощные засовы, и Гуров то ли усадил, то ли кинул Татьяну в огромное низкое кресло, громко заявил:
– Вот и ладушки! И путь они все горят голубым пламенем!
Крячко пронес привезенные пакеты на кухню, выглянул и спросил:
– Простите, Танечка, буквально две минуты. – Гуров улыбнулся, взглянул на друга, который уже снял пиджак, подпоясал фартук, а пистолет отцепить забыл. – То ли этот аферист, на веранде которого убивают, то ли евойный адвокат напугали Яшина и Ждана, те накапали своим шефам, накрутили нашего министра, и все это дерьмо обрушилось на голову Петра.
– А мы с тобой сбежали! Молодцы! – Крячко хлопнул себя по животу. В фартуке и с пистолетом Станислав выглядел комично.
– Ты чего-нибудь сними, либо тряпку с живота, либо пистолет из под мышки, – сказал Гуров. – Мы не сбежали, а выполнили приказ своего начальника, который велел нам убираться с глаз и не показываться до особого распоряжения. Наливай, господа сыщики изволят отдыхать!
– Слушаюсь, шеф! Как в лучших домах! – Крячко подвинул журнальный столик, расставил высокие стаканы, ловко нарезал апельсин, принес из кухни замороженную бутылку водки и налил.
Татьяна взглянула на вмиг запотевший стакан, прикрыла глаза.
– Танечка, данная бутылка пролежала в заморозке двадцать семь дней! торжественно произнес Крячко, поднимая стакан. – Ровно столько дней ваши покорные слуги были трезвенниками. Но все проходит! За вас! За встречу! За удачу! И чтобы в нас промахнулись!
– Здоровья! – Гуров чокнулся с Таней, выпил, зажевал долькой апельсина.
– Станислав, вы налили щедро. – Татьяна осторожно взяла стакан. – Но и в тост запихнули столько, что отказываться неприлично.
– "Чтобы в нас промахнулись" на самом донышке лежит.
– Водка лежит? – Татьяна усмехнулась. – Да Бог с вами, пусть «лежит водка», главное, чтобы в вас промахнулись. – Она выпила половину, тяжело выдохнула, осторожно вытерла слезу и допила до конца.
– Во! Я сразу понял, что ты свой человек, Танюша! Умница! Пошли готовить ужин, я тебе такое про Гурова расскажу, ахнешь!
– Татьяна Евгеньевна, простите парня! – Гуров закурил. – Тяжелое детство, кругом уголовники, генералы – кошмар!
– Да уж ладно, мы тоже кембриджев не кончали, – рассмеялась Татьяна, протягивая руки. – Помогите мне выбраться из кресла, я чего-нибудь вам сготовлю.
![Обложка книги Горячее прошлое [сборник]](/uploads/posts/images/1/goriachee-proshloe-sbornik.jpg)
