В серой будне дачного района, где солнце прячется за облаками, Андрей вдруг понимает, что не может оставить угрозы без внимания. Внедорожник, следовавший за террористами, внезапно исчезает из виду, превращаясь в мишунарскую дорогу. Андрей решается на риск и пойдет на разведку, оставляя после себя лишь крохотную надежду не стать следующим жертвой....
Потапов постучал ладонью по столу:
– Подождите, товарищи офицеры, мы что обсуждаем? Когда выйти на связь с Кабадзе, определив ему задачу по выводу групп к горной базе, или то, как и где будем отлавливать его в случае возможного побега? Не рано ли начали делить шкуру неубитого медведя?
Тимохин поднял вверх ладони:
– Все верно. Не туда понесло. Значит, ждем сообщений от Соловьева и выбираем время для контакта с Кабадзе?
– А до этого отрабатываем вариант задачи, который передадим Кабану в виде инструкции.
– Да! И задачу надо сформулировать предельно кратко, и в то же время ясно обозначив порядок его действий.
Однако намерения заместителя руководителя Главного Управления по борьбе с терроризмом, командира групп специального назначения «Орион» и капитана Дементьева скорректировал сам Кабадзе, неожиданно, в 17.00, выйдя на связь по спутниковому каналу, вызвав Андрея.
Отправив капитана с Ибрагимом, Кабадзе подозвал к себе подчиненного, переданного ему Керимом:
– Селим! Готовься к отъезду!
– Понял! Что с теплоходом делать?
– Ничего.
Подошел Халиф – помощник все того же Керима Асанова. Спросил:
– Ты решил отпустить русского?
– Да!
– Объяснить, зачем он приезжал и почему ты отпустил его, не желаешь?
– Тебе это надо, Халиф? С Керимом я сам поговорю и вот ему объясню, что и почему сделал. А сейчас иди на судно, готовься к возвращению домой.
Помощник Асанова недовольно цокнул языком, но подчинился.
Через час Халиф доложил, что можно уходить.
Кабадзе сказал:
– Ибрагима дождемся!
– Он-то нам теперь зачем нужен?
Кабан резко повернулся к человеку Керима:
– А вот это не твоего ума дело. Здесь и сейчас командую я, и не забывайся, Халиф. Помни свое место.
– Я помню! Я все хорошо запоминаю!
– Находись в машине.
В 11.10 подъехал «Мерседес». Из него с трудом, кривясь от боли, вышел Ибрагим.
Кабадзе спросил:
– Что это с тобой?
– Да ваш бешеный гость виноват!
– Что случилось?
– Ударил меня! Ногой в промежность так, что все между ног опухло!
– И за что он ударил тебя?
– За то, что я вколол ему вчера препарат.
Кабан усмехнулся:
– Почему не ответил?
– Я? Кому? Этому безголовому русскому? Я не самоубийца!
– Ладно! Пройдет время, и опухоль спадет. Мы сейчас уезжаем, ты свяжешься с фирмой, у которой арендовали теплоход, скажешь, где он стоит, пусть забирают. Затем проедешь за нами до поста ГИБДД. Потом развернешься и домой, яйца лечить.
