В серой будне дачного района, где солнце прячется за облаками, Андрей вдруг понимает, что не может оставить угрозы без внимания. Внедорожник, следовавший за террористами, внезапно исчезает из виду, превращаясь в мишунарскую дорогу. Андрей решается на риск и пойдет на разведку, оставляя после себя лишь крохотную надежду не стать следующим жертвой....
Соловьев кивнул:
– Все понял! Выполняю!
– Выполняй, Леша! Работай! Недолго нам осталось находиться здесь, в этом чертовом ущелье и Богом проклятом ауле!
Командир боевой группы «Орион» Соловьев объявил сбор офицерам подразделения. Хана вывели через развалины, чтобы никто из рабов не увидел бывшего главаря банды. Далее он повел Крымова, Тимохина, Шепеля и Бирюкова по канаве на запад, к тропе. Группа вышла к валуну. Дакаев остановился, указав на трещину склона:
– Там начинается тропа. За перевалом небольшой участок открытой местности и лес.
Крымов взглянул на Шепеля. Тот сплюнул на камни:
– Можешь ничего не говорить, Крым. Мне следует пройти по тропе, посмотреть, не оставили ли беглецы следов, так?
Полковник утвердительно кивнул:
– Так, Миша! И больше никаких комментариев, это Тимохин решил взять тебя с собой!
– Как всегда, будто Шепель железный. Вот уволюсь к чертовой матери по прибытии в Москву, тогда посмотрим, кого будет Тимохин втыкать во все дырки. А у меня, как знаете, на «гражданке» возможностей жить безбедно и не напрягаясь больше чем достаточно.
Тимохин улыбнулся:
– Во-первых, кто ж тебя отпустит, Миша? А во-вторых, долго ли ты выдержишь на «гражданке»? Месяца два, три? Или меньше?
– Да иди ты, Саня!
– Нет, Миша, это ты иди вверх по тропе. Мы ждем тебя здесь.
Покачав головой, Шепель направился к трещине. Вернулся он через сорок минут. Крымов спросил:
– Ну и каковы результаты разведки?
– Следы беглецы оставили в двух местах.
– Значит, все же к Кентуму направился Кабан?
– Ну не в Хаба-Юрт! Где его мы могли легко перехватить.
– Ладно! Возвращаемся в аул!
В селении Соловьев доложил, что раненая женщина умерла, тело ее с трупом боевика, внешне схожего с Ханом, перенесено в дом главаря банды, трупы остальных боевиков оставлены на местах гибели.
Крымов кивнул:
– Видели мы из кустов, как шли рабы. Что-то на их лицах мало радости от освобождения.
– Наверное, думают, что из одного рабства попали в другое. Они здесь все запуганы до предела. Издевались над ними не слабо и долго.
