В серой будне дачного района, где солнце прячется за облаками, Андрей вдруг понимает, что не может оставить угрозы без внимания. Внедорожник, следовавший за террористами, внезапно исчезает из виду, превращаясь в мишунарскую дорогу. Андрей решается на риск и пойдет на разведку, оставляя после себя лишь крохотную надежду не стать следующим жертвой....
Вышел на площадку перед бывшим верхним постом Бекмураза. Вокруг по-прежнему все спокойно. Ничего подозрительного. Он прикурил сигарету, направившись к спуску по склону. Кабадзе не ожидал нападения и машинально присел, когда увидел перед собой вышедшую из кустов фигуру Дементьева.
– Стоять, Кабан! Лапы в гору. Закончился твой путь.
Кабадзе подчинился, сплюнув тлеющую сигарету на камни:"
"– Ты??? Просчитал-таки, сука, что уйду от ваших и приду сюда? Недооценил я тебя. Но, насколько помнится, между нами заключена сделка.
– Ты нарушил условия соглашения, уйдя из Тарды.
– Баба уговорила. Я и поддался. Но теперь празднуй, ты поймал меня. Вызывай свой спецназ. Я готов сдаться.
Андрей с ненавистью смотрел на бандита:
– Нет, Кабан, нарушив обязательства, ты перечеркнул все договоренности. Впрочем, я знал, что ты попытаешься скрыться. Поэтому и ждал тебя здесь. Но не для того, чтобы задержать. Ты помнишь бой, когда твои головорезы положили моих ребят из засады? Помнишь, тварь?
В глазах Кабадзе мелькнули искры страха.
– Я все помню, офицер! Но тогда не мы, а вы устроили нам засаду. Вы стреляли в нас, мы в вас. Это был бой. Вы били из укрытий, и мы оборонялись, как могли. Или твои люди открыто вышли, чтобы сразиться с нами? Нет, вы тоже стреляли в спины наших людей. Так какие у тебя могут быть претензии? Конечно, ты можешь пристрелить меня. И если решил убить, то стреляй.
Кабан услышал шорох за спиной и слева от себя. Огляделся. Увидел подошедших к площадке Шепеля и Бирюкова. Взвизгнул:
– А?! Так вас трое? Трое против одного? Это по-вашему.
Он повернулся к Дементьеву:
– А один на один, на ножах, без стволов сразиться слабо?
Шепель сказал:
– Не слушай его, Андрюха! Не ведись на провокацию. Мочи – и дело с концом!
Бирюков поддержал майора:
– Шепель прав, капитан.
Но Дементьев уже принял решение. Он крикнул своим товарищам:
– Не подходите! Оставайтесь на месте.
Повернулся к Кабадзе:
– На ножах, говоришь? Без стволов? Давай! Выбрось пистолет!
Кабадзе, ощерившись, достал «ПМ», отбросил его в кусты, извлек из-под куртки тесак, показал его Дементьеву:
– Вот, у меня только нож!
Андрей также отбросил пистолет, снял бронекостюм, оставшись в майке. Достал десантный нож.
