В серой будне дачного района, где солнце прячется за облаками, Андрей вдруг понимает, что не может оставить угрозы без внимания. Внедорожник, следовавший за террористами, внезапно исчезает из виду, превращаясь в мишунарскую дорогу. Андрей решается на риск и пойдет на разведку, оставляя после себя лишь крохотную надежду не стать следующим жертвой....
А часов в десять заваливает Петруха. Поддатый и с литровым пузырем дорогой водки. Позвал во двор. Устроились в беседке у детской площадки. Усидели полпузыря, Петруха и разговорился. Ты, говорит, работаешь спокойно и работай, а нос в чужие дела не суй. Любопытным головы сворачивают. Я спрашиваю: а чего такого сделал? Он посмотрел на меня и говорит: в кафе наркотой торгуют. Сейчас бармены чего-то испугались, поэтому и «жигуль» подогнали. Теперь там партия храниться будет, пока не разойдется по клиентам. И в коробке, что переносил из «Ауди», была дурь.
Дементьев спросил:
– Номер «Ауди», говоришь, запомнил?
– Да! Да он простой, 123, один, два, три, буквы... регион наш. Иномарка черная, стекла затонированы. Мужик – водила, невысокий, лысый, одет по фирме... в дорогой костюм, не на рынке купленный. Еще туфли дорогие и блестят, как зеркало. Видно, следит за собой Лысый. В машину садился, туфельки хреновиной этой, что продают, губкой в футляре протер.
– Ты сегодня на работу не пошел потому, что плохо чувствуешь себя?
– Не-е! Мне отгул дали.
– А Петруха твой работает?
– Не знаю! Че, может, сходить в парк, узнать?
– Нет, не надо! Дали отгул, отдыхай!
– И во сколько оцените информацию, гражданин начальник?
– В бутылку «Столичной», чтобы отдыхать не скучно было.
– В две бутылки. В две. Одной маловато будет. А литруха в самый раз. Завтра как огурчик на работу пойду, новую информацию собирать.
Дементьев согласился:
– Хорошо, литр, но учти, Леня, и крепко запомни, пока относительно трезв.
– Кто ж этого хочет? Спросите тоже...
– Правильно. Поэтому все, о чем рассказал мне, забудь и ни в коем случае нигде не проболтайся. Петруха наверняка уже пожалел, что наболтал лишнего.
– Он обычно, если крепко выпьет, ни хрена с утра не помнит.
– И все равно, то, что базарил с тобой, он вспомнит.
