Это было извращеннее любой пытки пиратов, в разы мучительнее радиоактивного излучения звезды на астероиде и желаннее, чем все муассаниты Цварга. Вселенная! Обнаженная Селеста мылась в нескольких метрах от меня, и я не мог думать ни о чем, кроме отражения роскошного силуэта в толстом каминном стекле. Я начал складывать поленья домиком, чтобы зажечь огонь, но Селеста потянулась, ее восхитительная грудь колыхнулась, и я забыл, что делал!
Изящные шея и руки, длинные ноги… Стопы, которые она поочередно ставила на чугунный бортик, чтобы намылить бедра, и сексуально-мило поджимала пальчики. Я сглатывал слюну и ловил себя на том, что больше всего на свете хочу скользить губами там, где захухря только что провела кусочком мыла. Раздвинуть эти стройные ноги и коснуться всех потаенных мест… Да, я был жалок. Прекрасно отдавал себе отчет, что отчаянно завидую неодушевленному куску мыла, но ничего не мог с собой поделать. Я смотрел на отражение в стекле, составленное из света и теней, как лучшее в жизни черно-белое кино.
Там, около «Гаванны», когда я насчитал лишь четверых рептилоидов, меня парализовал ужас. Селесту я нашел по эманациям, заставив себя, превозмогая усталость и головную боль, идти по ее следу. Ей было плохо… Немного удивился, когда, вместо того чтобы свернуть в сторону ее дома, след привел меня к деревянному срубу, но, поднимаясь по ступенькам, я точно знал, что она внутри. А дальше рога отключились сами собой так же внезапно, как роняет штангу надорвавший мышцу профессиональный спортсмен. Но мне было все равно: она меня обнимала, в воздухе чувствовал ее искреннюю радость, но не через бета-колебания, а сердцем.
Тем сложнее было перестать бросать косые взгляды на отражение обнаженной Селесты, разжечь камин, двигаться так, чтобы она не поняла, как возбуждает меня одна лишь мысль, что она рядом.
Зло тряхнул головой и выкрутил вентили в положение ледяной воды. Шумно втянул воздух через сомкнутые зубы. В паху все пылало, даже если бы я сейчас вышел на улицу под град с дождем, меня все равно не остудило бы. Стылые струи воды жестко стегали по плечам, спине, ягодицам, обжигали морозными поцелуями, но, вопреки логике, не помогли. Наоборот, сделали лишь хуже. Намного хуже.
Я промыл рану на боку, мельком отметив, что лазер прошел по касательной. Крови много, но тонкая пленка кожи уже прихватила края, в принципе, даже заклеивать не надо – за пару дней само зарастет, и следа не останется. Организм обо всем позаботится сам. Правда, рогами после сегодняшнего перенапряжения полноценно пользоваться смогу не скоро, ну и шварх с ними. Что делать с проблемой чуть ниже – одной Вселенной известно. Прикусил губу, хмуро думая, что придется как-то добраться до шкур и замотаться.